Комментарии

К ГЛАВЕ XX

Сообщение Книги Эпарха о легатарии вызывает недоумение. Легатарий по положению в чиновном мире (он должен быть представлен для утверждения императору) и по своим должностным функциям — один из важнейших сановников в городе. Однако в Книге церемоний, которая охватывает период, непосредственно связанный со временем издания и действия Книги Эпарха, такой должности нет. В этом источнике упоминаются другие легатарии — мелкие чиновники (De cerim., pp. 738, 750, 753), тогда как по Книге Эпарха легатарий — это влиятельное лицо (Bury, Administrative System, p. 95).

Филофей (составитель Книги Эпарха — см. вводную статью) говорит о двух высших должностях в штате эпарха — симпоне и логофете претория (De cerim., p. 717, 8). Большинство исследователей полагает, что легатарий — это и есть симпон, заместитель и первый помощник эпарха, которого утверждает император (De cerim., p. 273; Nicole, p. 90; Stoeckle, Zuenfte, S. 92; Zoras, Corporazioni, pp. 59 — 61). Другие считают легатария логофетом претория (Vogt, Basile I, p. 141), а по Майеру (Meyer, p. 533), в данной главе подразумевается (упомянутый Филофеем) легатарий хартулярия вестиария (De cerim., p. 738, 17), имеющий некоторое отношение к иностранным купцам, поскольку он покупал у них товар для двора. Но есть основания утверждать, что логофет претория выполнял другие обязанности, нежели учет поступающих товаров, — он ведал тюрьмой и поддержанием порядка в Константинополе.

Можно согласиться с мнением, что легатарий эпарха — это и есть главный симпон. Действительно, он выполняет обязанности заместителя эпарха по важнейшему участку деятельности — регулированию внешней торговли (§ 1) и по борьбе со спекуляцией, с припрятыванием товаров. Если такой чиновник не назван здесь симпоном, то по причине вполне понятной: с развитием контроля над деятельностью торговых и производственных корпораций возникло несколько должностей симпонов, каждый из которых вел наблюдение за определенной отраслью ремесла или торговли. Чтобы не смешивать симпона — первого заместителя эпарха с симпонами — заместителями эпарха по отдельным корпорациям, Книга Эпарха называет его легатарием. Необходимо принять во внимание и то обстоятельство, что глава о легатарии, возможно, включена в Книгу Эпарха не в правление Льва VI, а при Никифоре II или Иоанне Цимисхии, т. е. значительно позднее составления обрядника Филофея.

К § 1

... Привести ... со списком (apograjh)... О таких списках товаров говорится в главах о вестиопратах, прандиопратах, метаксопратах. В русско-византийском договоре 945 г. упоминается чиновник, о котором сказано: «царев муж...», «да показываеть царевумужю...», «да испишеть имяна ваша...» (ПВЛ, стр. 38). В более поздних византийских источниках сведений о должности легатария нет. При недостаточно четком распределении обязанностей менаду отдельными ведомствами в Византии регулирование деятельности иностранных купцов и наблюдение за ними могли осуществляться и ведомством логофета дрома, который имел дело с посольствами: посол в то время часто был и купцом.

В ведомстве логофета дрома существовало отделение, подобное позднеримскому scrinium barbarorum; сохранилась печать IX в. с надписью «наблюдатель за варварами» (o epi twn barbarwn). Отметим, что Филофей не упоминает в табели о рангах эту должность. Быть может, в X в. была сделана попытка связать ее с ведомством эпарха, но позднее (по русским документам) за иностранцами следил протоспатарий, который соответствует spaJarioV kai o epi twn barbarwn печати (М. И. Сперанский, Из старинной новгородской литературы, Л., 1934, стр. 51: «царев болярин, ему же имя протостратарь, и допроводи ны...»).

Городской эпарх должен был не только следить за иностранными купцами, но и охранять их. Так, согласно русско-византийским договорам, византийское правительство обязывалось не оставлять безнаказанным убийство русского купца (ПВЛ, стр. 23). Такие инциденты могли вызвать международный конфликт. Византийские историки пишут, что вследствие убийства русского купца князь Владимир Ярославич взялся за оружие против Византии (Cedren., II, р. 551 и Zonara, VII, р. 24, ed. Teubn., IV, 168, 7).

К § 2

... Продать привезенные ими товары, и купить необходимые им, и уехать домой... Забота о том, чтобы гости как можно скорее уехали домой, отражена и в договорах с русскими (945 г.): «Да творят куплю, яко же им надобе...» и «да возвращаются в страну свою, да не имеют власти зимовати у святого Мамы». Трехмесячный срок в договоре точно не определен. Однако требование, чтобы русские не зимовали в подворье св. Маманта, равносильно запрету не оставаться дольше трех месяцев, так как поздней осенью вряд ли можно было плыть на моноксилах по Черному морю.

Легатарий обязан был следить не только за иностранцами, но и за всеми прибывающими «извне» —exwJen. Понятие это в X в. относилось в первую очередь к лицам, живущим вне города, а не к иностранцам; так, в Книге церемоний противопоставляются чиновники dia polewV токе чиновникам oi exwJikoi (De cerim., pp. 733, 736). Иногородние византийские купцы тоже не имели права пребывать в Константинополе свыше трех месяцев (Varia Sacra, pp. 5, 21).

К § 3

... Нарушают интересы общества (tou koinou)... Борьба со спекулянтами, припрятывавшими товар для взвинчивания цен, предусматривается в статьях X, 2; XI, 3; XIII, 4; XVI, 5. «Недостаток» (endeia) —  товарный голод и вызванная им дороговизна, обычно приводившая к народным волнениям, — доставлял властям так много хлопот, что всякое припрятывание товара считалось покушением на общественное спокойствие. В случае дороговизны и эпарху, и его легатарию, и логофету претория приходилось держать ответ не перед императором, а перед выступавшим на защиту своих интересов константинопольским населением.

§ 3 дословно приведен в сборнике законов Арменопула (Harmenop., VI, 14, 13) с пометкой rczp^ixov (т. е. «выписана из постановлений эпарха»).

К ГЛАВЕ XXI

Закон о вофрах был, безусловно, новым, изданным при Льве VI. Судья Патцес в справочнике Типукит (19,10,27) пишет: Ginoske de oti en ty eparcikw bibliw peri twn boJrwn dialegomenoV o sojoV en basileusi Lewi jhsin idikon nomimoi. Нужно полагать, что существовало особое распоряжение Льва VI о вофрах, которое в Женевскую рукопись включено не полностью. Поражает начало данной главы — kai monw tw onomati... (ни одна глава, ни одна статья Книги Эпарха не начинается с союза «и»). Оно совершенно невразумительно; кажется, что переписчик Женевской рукописи должен был опустить вводную часть новеллы (в ряде сборников вводные части новелл опускались), а по ошибке переписал оттуда одно предложение, причем не полностью, и от этого его значение осталось неясным. Слово boJroV означает «яма». Если бы по смыслу слова определялась профессия, то в функциях вофров было бы что-либо связанное с «ямами», «канавами». Ничего подобного, однако, нет. Вофр — посредник при продаже лошадей, инспектор на рынке, наблюдающий за торговлей конями. Ни в Книге церемоний, ни в каком ином источнике упоминаний об этой должности нет. Она встречается только в Книге Эпарха и в тех ссылках у Патцеса, которые восходят к ней. Арменопул включил в свой сборник законов только две статьи из Книги Эпарха, где между тем вовсе нет наименования «вофр». Нужно думать, что «вофр» — скорее прозвище, чем официальное название должности; это слово в дальнейшем не употреблялось.

Исследователи пытались разобрать значение первой фразы, выяснить связь слова boJroV («яма») с предложением: metaskeuazousi gar to endecomenon proV to mh on («приводят сущее к несуществующему»). Так, Цахариэ-Лингенталь вносит конъектуру, рекомендуя читать вместо про? то jxtj ov (что он считает бессмысленным) prostomion, т. е. устье, канализация (BZ, II, 1893, 2, 131). Если принять эту поправку, то, надо думать, основной заботой вофра была канализация, что совершенно не соответствует последующему тексту. В главе нет никаких данных, которые позволили бы предположить, что вофры заботились о проведении канав... Кроме того, выражение proV to mh on само по себе понятно. Как показал Гейзенберг (цит. по Stoeckle, Zuenfte, S. 51), endecomenon, mh on (наличное, возможное и несуществующее) — обычные термины логики. Законодатель вполне мог употребить их в значении «не допускать возможных злоупотреблений». Действительно, основные функции вофра были инспекторские. Оборот, подобный разбираемому, встречается в кодексе Феодосия: «id tantum, quod esse dicuntur, esse non desinant» (Cod. Theod., I, XX, 2) и в 17-й новелле Романа II: Palaion... eJoV... proV to mh on sunwJoumenon... (JCR, vol. III, p. 287). И у самого Льва VI во вводной части 1-й новеллы есть близкое словоупотребление: uj hV to te dikaion kai mh toiouton on diekrineto. По нашему мнению, в данном месте законодатель использовал какую-то поговорку, как он это часто делал в других новеллах, и игру слов: вофр — яма, ловушка, вофр — должность человека, который обязан ловить обманщиков (согласно § 4)... Но, может быть, название должности идет от места, где протекала деятельность вофров, — площадь Амастриана в Константинополе была самой грязной, изрытой канавами и ямами... Во всяком случае выражение это остается необъясненным.

О характере должности вофра Штёкле высказал предположение, что главной его обязанностью была закупка (организованная правительством) оставшихся нераспроданными лошадей для поощрения крестьян, которые доставляли животных в столицу. Эпарх должен был содействовать бесперебойному подвозу лошадей в Константинополь (Stoeckle, Zuenfte, S. 52). Но статья 1 отнюдь не предписывает вофру закупать лошадей вообще, а лишь предоставляет ему право приобретать (да и то для себя) только тех животных, которые не распроданы. Поэтому ни в коем случае нельзя считать закупку скота основной функцией вофров, тем более что главная «наука» вофров, как прямо сказано в статье, — «свидетельствовать» качество лошадей. Контроль над продажей лошадей существовал и до Льва VI (Theoph. Chron., p. 488).

К § 1

Наука,episthmi. Речь идет о том, что вофр должен был разбираться в лошадях, уметь определять скрытые и явные их недуги. Иными словами, вофром мог стать лишь тот, кто имел некоторые познания в ветеринарии.

Посредник (mesiteusaV). Вофр был не только надзирателем и консультантом, но и посредником при сделках... Обычно слово mesiteuwn указывало на какую-то незаконную деятельность. В церковных посланиях им обозначается посредник во взяточничестве, симонии. Здесь этого оттенка нет.

К § 3

Площадь Амастриана, находившаяся в центре города (Janin, Constantinople, p. 289), служила конским базаром. Как убойный скот продавался лишь на площади Тавра, так кони — только на площади Амастриана. Там же производились позорные казни. На этой площади был сожжен труп императора-иконоборца Константина V, при императоре Василии — раб, убивший своего господина; при Романе Лакапине там был казнен поднявший восстание Псевдо-Константин Дука.

Вофры, как и аргироцраты, должны были выполнять роль агентов по розыску преступников и сообщать простату о подозрительных продавцах.

К § 4

Здесь указывается на основную обязанность вофра: следить за тем, чтобы при продаже коней не допускался обман, и привлекать к ответственности недобросовестного продавца. Очень важно было, чтобы стратиот мог купить свободного от недостатков коня, и не только стратиот — в сельском хозяйстве негодная лошадь почти разоряла налогоплательщика.

К § 5

Данная статья полностью воспроизведена у Арменопула (Наrmenор., III, 4, 63 — eparcikon). Об обязанности продавца сообщать покупателю о недостатках продаваемых товаров — особенно рабов и животных — имелись особые положения в Дигестах, изложенные кратко в Василиках. За нарушение их продавец нес ответственность. «Если я продам больных (asJenh) животных или гнилой лес по незнанию, я должен вернуть часть полученной цены по договоренности с купившим, если же я знал о недостатках, то отвечаю за убыток: ибо дом из гнилого леса может рухнуть, а от болезни купленных животных зараза может передаться другим» (Bas., XIX, 8, 13 = Dig., 19, 1,13 рr.). Законом определялось, в каких случаях при обнаружении недостатков у приобретенного животного следовало возбуждать дело об аннулировании сделки, в каких — об уменьшении стоимости проданного -животного, т. е. о частичном возврате суммы, переданной продавцу (Bas., XIX, 10, 38). При продаже животных (а также рабов) законы различали недостатки (aition, bition, пороки (paJh), болезни (nosoi) — см. Bas., XIX, 10, 1, 8 = Dig., 21, 1, 1, 8. Вьючные животные (upozugion), пугающиеся или лягающиеся, не считаются больными: это недостатки «душевные» (yucika aitia), норов (Bas., XIX, 10, 1 =   Dig., 21, 1, 4, 3). Если бык бодается или если вьючные животные беспричинно мечутся и бегут — они empaJhV 'порочные' (Bas.,. XIX, 10, 43 = Dig., 21, 1, 43).

Правила § 5 имели силу и для продажи раба. Кто продавал раба, зная, что тот вор, безумный, «одержимый бесами», должен был объявить это покупателю. Если он этого не делал и купленный раб причинял какой-либо ущерб в доме покупателя, продавец обязан был выплатить купившему двойную стоимость раба. «Если я продаю раба, который у меня украл, я не обязан об этом говорить. И если обнаружится потом, что раб — вороватый, не следует требовать аннулирования сделки. Но если я при продаже утверждаю, что раб не ворует, я несу ответственность» (Bas., XIX, 10, 52 = Dig., 21, 1, 52).

Покупная стоимость — в тексте esjragismenon; дословно: «скрепленная печатью» (знаком креста).

К § 6

Статья полностью воспроизведена у Арменопула (Наrmenор., III, 3, 59). Патцес привел содержание ее со ссылкой на Книгу Эпарха. Предписано соблюдать закон: «в продолжение шести месяцев можно требовать возвращения животного, в течение одного года — снижения цены...» В Книге Эпарха нет слов «в течение одного года», но именно этот срок для возбуждения дела установлен в Василиках (Bas., XIX, 10, 38) и поэтому возможно, что Патцес имел перед собой более исправный текст Книги Эпарха, чем в Женевской рукописи. Штёкле видит некоторое несоответствие между статьей и переложением ее у Патцеса. Но, как показывает Христофилопулос (Christophilopulos, Biblion, p. 17), никакого противоречия нет. Статья в сущности передает положение действовавшего гражданского права: при обнаружении ta paJh kai ta aitia в течение шести месяцев можно было возбуждать иск в порядке actio redhibitoria — anastrojh, т. е. об аннулировании соглашения и возвращении животного продавцу и денег — покупателю. По истечении этого срока иск следовало возбуждать в порядке quanti minoris —  meiousJw to tumhma, т. е. о снижении стоимости проданного животного и возвращении покупателю той суммы, которая будут признана уплаченной сверх справедливой цены. По прошествии года иски по делам обманов при продаже животных не могли быть предъявлены (Bas., XXI, 10, 38 = Dig., 21,1, 38; Bas., XIX, 10, 48 = Dig., 21, 1, 2; ср. Peira, XXXVIII, Bas., XIX, 10, 16 = Dig., 21, 1, 18 pr.).

В праве приводились отдельные возможности: если продавец не ручался за отсутствие недостатков у животного, то срок для actio redhibitoria устанавливался только два месяца, а для actio quanti minoris — шесть, точно так же если продавец говорил о таких достоинствах продаваемого товара, которых не имелось, то срок actio redhibitoria устанавливался два месяца, а для actio quanti minoris — шесть (Bas., XIX, 10, 25 = Dig., 21, 1, 28; Bas., XIX, 10, 34 = Dig., 21, 1, 38).

В § 6 имеется только одно расхождение с положениями гражданского права — оговорка (в Книге Эпарха), что на стратиотов закон не распространяется. Штёкле склонен думать, что она основана на том, что стратиот обязан был знать недостатки коня и поэтому не имел права возбуждать ни actio redhibitoria, ни actio quanti minoris. Однако такое мнение необоснованно.

При императорах Македонской династии X в. интересы стратиотов учитывались. Слова «это не относится» следует понимать как отсутствие каких бы то ни было ограничений для стратиотов в сроке подачи иска о недобросовестной продаже коня, так как эти ограничения могли принести ущерб солдатам. Стратиот не должен быть обманут при покупке боевого коня (см. Успенский, Эпарх, стр. 92).

К § 9

... Частным образом (idiwV)... т. е. принимать иногородних у себя дома и по их поручению браться за продажу принадлежащих им животных.

К § 10

Место неясное. «Молебствие», Lith; по Дюканжу — ргоcessio ecclesiastica. По Книге церемоний, Lith — крестный ход, в котором принимал участие император. «Ипоном» — канал, подземный ход. Николь предполагает порчу текста — вместо «ипоном», он думает, следует читать «ипподром». Но это мало способствует пониманию текста, хотя конъектура и не лишена некоторой логичности: торжественная процессия и выход на ипподроме связаны друг с другом. Неясно, однако, почему простаты вофров должны были делать сборы на торжественную процессию. В обряднике Книги церемоний о вофрах ничего не говорилось, и особого места в процессиях для них не предусматривалось. Цахариэ-Лингенталь считает, что имеется в виду сбор на очистку площади. Близкий к этому перевод дает и Штёкле. Он указывает на то, что lita, lista на латинском языке означает барьер рынка. Следовательно, простат получал деньги от вофров на ремонт барьера и очистку канализации. Но почему на средства вофров очищали базар? К тому же 12 фоллов в год с вофра на эти нужды — сумма до смешного незначительная.

... За каждую обнаруженную краденую лошадь он получает по четыре милиарисия. Эти деньги шли в пользу простата. Лошадь оценивалась в X в. примерно в 12 номисм (De cerim., p. 459); 4 милиарисия составляют около 3% стоимости краденого коня, и естественно, что собственник обнаруженного животного уплачивал эту сумму простату вофров как вознаграждение за услугу. Роль вофров в розыске краденых лошадей походит на роль мытника в 37-й статье «Правды Русской», где приводится случай с продажей ворованного коня. «Паки ли будеть что татебно купил в торгу или конь, или порт, или скотину, то выведеть свободна мужа два или мытника...» О покупке коня при мытнике говорит и статья 39: «вывести ему послухи любо мытника, перед кимь же купивше...» («Правда Русская», т. II, стр. 378 и 385).

В Книге Эпарха ничего не сказано о взыскании пошлины при продаже коней, но нет сомнения, что она взималась. Роль вофров в данном случае могла быть такой же, как и аргиропратов при продаже драгоценностей, а именно: устанавливая «справедливую цену» применительно к качеству продаваемого коня, они назначали сумму, с которой начислялась пошлина.

К ГЛАВЕ XXII

Глава специально посвящена отношениям между ergodothV и ergolaboV, locatores et conductores operum, но вполне может быть распространена и на locatio-comructio operarum.

В статье имеются в виду работники, связанные со строительством, с перестройками и украшением возводимых зданий. Из перечня профессий следует, что целый ряд ремесленников, самостоятельных хозяев, на время стройки привлекались в качестве наемных работников для выполнения определенных работ.

Вопросы строительства занимали видное место в законодательстве Византии. В Кодексе Юстиниана законы о строительстве собраны в титуле VIII, 10 (de aedificiis privalis) и отчасти в титуле VIII, 11 (12) (de operibus publicis). Наиболее подробное законодательство о новостройках — конституция императора Зенона, обращенная к эпарху города Константинополя (Cod. Just., VIII, 10, 12). Оно, нужно полагать, входило не в Кодекс Юстиниана, а в разряд eparcika, т. е. установлений, касающихся эпарха (Н. Dierksen, Hinterlassene Schriften, — BZ, Leipzig, 1871). Подобными eparcika были и так называемые «Законы об обычаях в Палестине» Юлиана Аскалонита. Лев VI тоже уделял внимание вопросам строительства и городского благоустройства (Nov. Leon., ИЗ). Интересно отметить, что в XIV в. Арменопул включил в свой сборник законов полностью только XXII главу Книги Эпарха — о строительных работах — и, кроме того, трактат Аскалонита. Византийские строители славились по всей Европе, и на Востоке, и на Западе (см. Gl. Donhey, Byzantine architects, their training and methods, — Byz., XVIII, 1948). В число строителей входят, по Книге Эпарха, и архитекторы, так как составление планов построек предусматривалось соглашением, и скульпторы. При строительстве в качестве украшений использовались статуи (у Буколеона были воздвигнуты каменные изваяния быков и львов; о большом количестве каменных изваяний в Византии рассказывали русские путешественники, посетившие Константинополь до его падения).

...Берущий на себя выполнение работergolaboV. М. В. Левченко (Сборник, стр. 204) переводит этот термин словом «подрядчик». На самом деле и столяр, принимавший заказ, был ergolaboV, так как он получал его для исполнения, хотя и работал не у себя дома, а у заказчика. В ст. 1 ergolaboV — то же, что tectinhV, ремесленник, работающий по заказу. О слесарях и малярах в тексте ничего не сказано. Николь считал поэтому, что глава XXII сохранилась не полностью. Но, как утверждает Штёкле, текст § 1 — 4 относится ко всем специальностям, перечисленным в заглавии (Stoeckle, Zuenfte. S. 7). Пример приглашения слесаря для выполнения работы см. у Льва Дьякона, кн. IX, 3.

Данная статья имеет в виду слесарей и маляров лишь постольку, поскольку труд их нужен был при отделочных и ремонтных работах. Прежде всего в ней говорится о самостоятельных ремесленниках, нанятых на постройку или ремонт здания. Определение термина ergolaboV имеется в Василиках: ergolaboV esthn oikodomhmatoV, o para tou boulomenon ktisai oikon lambanei crusion, kai ex idiwn ulwn thn oikodomian poioumenoV, htoi kata sunoyin ergazomenoV (Bas., XV, 1, 35, schol. 1 = Dig.,6. 1, 39: «лицо, которое получает золото от желающего построить дом и строит здание из своих материалов»). Здесь подразумевается подрядчик, который полностью берет на себя строительство. Он должен и закупить материал, и нанять работников. Иными словами, это redemptor Дигест. Но в главе XXII говорится и о том, что материалы иногда доставляются работодателем. Слово ergoloboV означало и любое лицо, нанятое на работу, т. е. misJwsamenoV.

Характерна, однако, разница между мистием, о котором сказано в главах о метаксопратах и серикариях, и работником главы XXII. Там мы имеем дело с locatio-conductio operarum, с наймом рабочей силы на определенный срок (см. Dig., 19, 2, 38), тогда как здесь для ergolaboV действует другое положение (iocatio-conductio opens — см. Dig., 50, 14, 5, 1 и Dig., 19, 2, 51, 1). Работник нанимается для выполнения определенной работы согласно указаниям работодателя. Срок имеет уже второстепенное значение. Вознаграждение дается лишь после завершения всех работ. В первом случае работник, нанятый, по Книге Эпарха, на месяц, получал плату за месяц вперед и по истечении этого срока уже не был связан никакими обязательствами. Во втором случае работник получал вперед только задаток и как лицо, нанятое по положению localio-conduclio operis, нес определенную ответственность за выполненную работу даже через несколько лет (см. § 4). Слово ergolaboV в источниках применяется к различным профессиям — так назывался даже адвэкат, бравшийся за ведение дела.

В главе употребляется также термин tectinhV. Каждый ремесленник, лично работающий, занимающийся данным ремеслом, назывался технитом. При постройке здания подрядчику, разумеется, нужно было привлекать работников разных специальностей. В § 1 под «работодателем» нельзя понимать только хозяина, который нанимал работников; в статье говорится и о подрядчиках — нанимающих на работу бедняков, не имеющих средств на пропитание. Подрядчики должны были вовремя давать материал, договариваться о характере и качестве работ, например по декорированию дома. При постройке крупных сооружений количество работников, нанимаемых подрядчиком, было очень велико. Феофан рассказывает о постройке водопровода по приказу Константина V, который «собрал из различных мест технитов — из Азии и Понта 1000 строителей (oikodomouV), каменщиков 200; из Эллады и островов — изготовляющих цемент (ostrakariouV) 500 человек, из самой Фракии 5000 operaV и 200 человек, изготовляющих кирпичи. И поставил над ними архонтов, руководителей, ergodiwktaV и одного из патрикиев» (Theoph. Chron., p. 440).

К § 1

...Бросать... работу... — обычный способ борьбы на емного работника за улучшение условий работы. Надпись из Сард 459 г. п. э. (Corpus Inscriptionum Graecorum, 3467) свидетельствует о столкновениях между работодателями и наемными рабочими, прекратившими начатые работы по постройке здания (Н. Gregoire, Rес. des inscriptions grecques chretiens de l'Asie Mineure, vol. I, Paris, № 322; W. Н. Buckler, Labour disputes in the province of Asia Minor, — «Anatolian studies presenfces to sir W. Ramsay», 1923, p. 27; Waltzing, Corporations, vol. III, p. 49). Закон 483 г. запрещал строительным рабочим и вообще лицам, выполняющим работу по найму, договариваться между собою о бойкоте работодателя, у которого другие рабочие но каким-либо причинам прекратили работу (Соd. Just., VIII, 10, 12): «Император Зенон. Адаманцию, эпарху города. . . надлежит заботиться твоему превосходительству, чтобы некоторые пз подрядчиков и рабочих (ergolobwn tecnitwn), принявших работу, не бросили ее, и тот, кто принял плату и начал работу, закончил ее или выплатил хозяину, строящему дом, вознаграждение за понесенный убыток. Если же нарушитель этого закона беден, то его [следует], подвергнув телесному наказанию, изгнать из города. Пусть [подрядчики и рабочие] не препятствуют тому, чтобы работа, брошенная каким-либо работником, могла быть поручена для окончания другим работникам той же профессии. Мы получили сведения о том, что хозяева, строящие дома, подвергаются давлению со стороны подрядчиков и рабочих, так как те, которые начали постройку, не желают закончить работу и в го же время не разрешают передавать работу другим, нанося громадный ущерб тем, кто строит дома. Тот [подрядчик или рабочий], который [из солидарности] отказывается выполнять начатую другим работу по той причине, что работу начал другой, несет ответственность наравне с тем, кто бросил работу». В 531 г. Юстиниан распространил этот закон и на провинции (God. Just., VIII, 10, 13). Закон 531 г. включен в Василики (XIX, 18).

В X в., как и прежде, прекращение начатой работы в расчете, что из солидарности никто другой не возьмется продолжать ее, было обычным средством воздействия наемных работников на работодателя. Книга Эпарха категорически запрещает это. Работодатель мог обратиться с жалобой в специальный суд, организованный на случай подобных конфликтов. Существовала солидарность и между работодателями (см. прим. к VI, 3). Работодатель не имел права принимать на работу того, кто бросил своего прежнего хозяина, не закончив дела. Хотя это правило записано лишь в уставе метаксопратов, оно распространялось и на другие ремесла.

Следует отметить, что ответственность за нарушение соглашений, которую несли работодатель и работник, была отнюдь не одинакова. Если работодатель по своей вине нарушал соглашение, не обеспечивал материалом работника, обрекая его на голод, то фактически работодателю ничего не грозило, только работник получал в этом случае право, сделав соответствующее заявление, перейти на другую работу. Но для нарушившего соглашение работника законом установлены телесное наказание и ссылка.

К § 2

Согласно законам, «всякий принявший работу, разумеется, в случае, если получил плату и не окончил работу, несет ответственность за убыток. Если же он беден и не может возместить ущерба, пусть будет побит и изгнан» (по Cod. Just., VIII, 10, 12, § 9 = Bas., LVIII,11,12: paV ergolaboV, h tecnithV ayamenoV ergou kai mh plhrwn auto, didotw thn sumpasan autou zimhan, dhlonoti lambanwn ton misJon autou. Ei de penhV esti kai mh arkwn proV katabolhn thV zhmiaV, tuptesJw kai exorizesJw.. Cp. PG, vol. СХIII, col. 532.)

Римским правом предусматривалось, что если из-за какой-либо случайности (fortuito casu) принятая работа пострадала, то ответственность за понесенный ущерб возлагать на работника запрещается (Dig., 50, 12, 1, 6 — см. Haymann, —  «Zeitschrift der Savigny-Stiftung», R. A., vol. 41, S. 61, Anm. 1; T. Mayer-Maly, Locatio Conductio, Muenchen, 1955, S. 189 sq.). Вопрос об ответственности за ущерб от случайных обстоятельств решался так: если сооружение, которое взялся построить подрядчик, развалилось вследствие особенностей почвы (vitium soli), ответственность нес заказчик; если по причине недостатков в самой постройке (vitium operis) — подрядчик (Dig., 19, 2, 62). Если работа была сдана по частям, то при adprobatio следовало изучить выполнение отдельных работ (Bas., XX, 1, 35, schol. 1; см. Max. Kaser, Periculum locaioris, — «Zeitschrift der Savigny-Stiflung», R. A., vol. 74, 1957, S. 188, Anm. 134, S. 189). Vitium soli понималось также и более широко — как срыв работ из-за недоброкачественности материалов, предоставленных работнику или подрядчику заказчиком (Ibid., S. 140, Anm. 139).

Акроаты. Этот термин недостаточно ясен, хотя часто встречается в юридических источниках. Цахариэ-Лингенталь считает, что это особая судейская должность, члены специальной коллегии судей, учрежденной 82-й новеллой Юстиниана (в 539 г.; Zachariae, Geschichte, S. 354). Слово «акроаты» употреблено в «Земледельческом законе» три раза (для обозначения местных судей) и особенно часто в Эклоге (Ecloga, V, 5, 8; VIII, 6; X, 1; XI, 1; XV, 3; XVII, 27, 41, 47). Однако Христо-филопулос полагает, что упоминаемые в Книге Эпарха «акроаты» не должностные судьи, а скорее лица, присутствующие при разборе дела: греческому выражению akroasJai в применении к судопроизводству соответствует латинское audire. Таким образом, Христофилопулос считает, что в XXII главе Книги Эпарха термин «акроат» означает вообще лицо, разбирающее данное дело. Он ссылается на новеллу 25 Юстиниана (535 г.; Christophilopulos, Biblion, p. 92). Но из текста главы вовсе не следует, что акроаты разбирали дело в присутствии эпарха. Гораздо вероятнее, что речь идет об особом третейском суде из более влиятельных ремесленников данной профессии. Прежде чем обратиться к высшей инстанции — эпарху, потерпевший должен был иметь дело с акроатами.

Чтобы... не оказались лишенными пропитания. Гёриг (Goerig., S. 531) склонен заключить, что византийское правительство было озабочено тем, чтобы не было безработных. Между тем, как видно по данной статье, законодателя волновало одно — лишь бы не прерывалась работа. К тому же лица, нанятые подрядчиком на условиях locatio operis, действительно находились в тяжелом положении: они не могли работать при отсутствии материала и уйти, не окончив работу.

К § 3

...Берясь за много дел одновременно. Законом не запрещалось брать сразу несколько заказов, но в таком случае работник должен был сперва выполнить заказ, полученный им от первого заказчика: «если к двум лицам я нанялся одновременно, в первую очередь следует выполнить работу для того, кто нанял меня первым» (Bas., XX, 1, 26, schol. = Dig, 19, 2, 26).

В древнем статуте Сплита имеется глава: «quod nullus artifex cuiuscumque artis sit, postquam acceperit ab aliquo aliquod opus ad faciendum, aedificandum, vel perficiendum, possit aliud opus ad faciendum accipere quosque perfecerit illud opus, quod primo acceperit, sine expensa licentia et voluntate illius a quo acceperit primus opus» (Monumenta historica-juridica slavorum meridionallum, V. II, 173 — Zagrebiae, 1848).

... Опытными ремесленниками... Речь идет о назначенных эпархом экспертах. Расценки, которые они производили, были обязательны для обеих сторон — и работодателя, и наемного работника.

... Все то, что полагается по закону в отношении купли... В данном случае имеется в виду положение peri httonoV timhV dedomenhV. В Василиках, в статье XIX, 10 12 ( = Cod. Just., IV, 44, 2) говорится: «Если кто-либо продал свою вещь за слишком дешевую цену, то он может, возвратив сумму, получить вещь обратно. Слишком дешевая цена — это такая цена, которая ниже половины расценки (diathmhsin, т. е. той цены, которая будет признана “справедливой" по организованной судьей переоценке данной вещи. —  М. С). Если же покупатель предпочтет уплатить разницу до справедливой цены, то он может удержать при себе эту вещь». В Синопсисе в схолии к этой статье сказано, что при переоценке нужно учитывать стоимость вещи в момент продажи. Этой статьей надлежало руководствоваться и при расценке произведенной работы. Конечно, вернуть работу, подобно вещи, работодатель не мог, поэтому при переоценке он обязан был выплатить работнику недостающую сумму.

К § 4

Камары... см. прим. к XVII, 1. —  Слово часто встречается в Книге церемоний (jotagwgai kamarai; см. также Theoph. Cont., col. 810 и 871). Здесь, вероятно, подвал под сводом («И покрыта бысть оловом от верху до камар», —   Лаврентьевская летопись, 1192).

Глава посвящена исключительно частным постройкам и не касается общественных сооружений — в ней ничего не сказано о водопроводчиках, о строителях общественных зданий.

Ремонт дома иногда производился согласно приказу эпарха. По Василикам (Bas., VI, 1, 40), хозяева домов обязаны были делать ремонт (ananeoun). В противном случае архонт должен был сам принять меры против обезображивания города (amorjian thV polewV). В главе ничего не говорится о нарушениях строителями положений о новостройках (peri kainotomiwn). В этом отношении глава XXII отличается от предшествующих, где в первую очередь определялись наказания для нарушителей государственных предписаний. Кто же здесь нес ответственность: хозяин дома или подрядчик, взявшийся выполнить план постройки? По закону Зенона, если при возведении здания нарушался устав, то и хозяин дома, и ergolaboV обязаны были платить штраф по 10 литр золотом. Простой работник, который выполнял незаконное поручение (ergasamenoV tecnithV), тоже нес ответственность, но, поскольку он был беден и не мог быть наказан штрафом (ouc oioV te wn dia peniaV zhmiousJai), его, подвергнув телесному наказанию, изгоняли из города (Cod. Just., VIII, 10, 12, 5 = Bas., LVIII, 11, 12).

В главе нет сведений, позволяющих судить, были ли строительные работники объединены в корпорации. В материалах византийского Египта есть данные об объединениях строителей (Рар. Оху., 134; P. Cairo, 67283; Pap. Oxy., 2007). В более поздних грамотах встречаются подписи старшин корпорации строителей домов (prwtomaistwr twn oikodomwn — Actes de Chilandar, § 85, прилож. к ВВ, XVH, СПб., 1911, стр. 183). Поэтому вполне законно полагать, что ergolaboi — подрядчики были организованы в особую корпорацию. Что касается отдельных профессий — работников по мрамору, гипсу, слесарей, маляров, то, возможно, у них были свои объединения, не связанные с корпорацией строительных подрядчиков. Но о простых работниках, которых подрядчики нанимали при постройке домов, можно с уверенностью сказать, что они не были организованы, да и состав таких работников в Константинополе был весьма текучим и связан с большими стройками: при крупных строительных работах в столице или в другом городе всегда требовались работники из провинции.

Необъединенными строители оставались и все последующее время. Интересно отметить, что и в генуэзских колониях на Черном море находившиеся среди греческого населения строительные рабочие были вне признанных объединений; в целях усиления полицейского надзора над ними генуэзские власти в Кафе требовали, чтобы работники эти имели главу, «который должен записывать у себя имена всех ремесленников» («omnes et singulos habeant annotatos et nomina eorum», —   Устав Кафы, IV, 815).

В агиографической литературе неоднократно упоминаются строительные рабочие (большей частью наемные), организованные в артели, в которые входили обычно земляки, По «Житию Симеона Столпника», строительные рабочие — исавряне — работали над постройкой стен в Антиохии, жили дружно, заботились о товарищах, потерявших трудоспособность (Рудаков, Агиография, стр. 142).

Строительные рабочие часто не имели постоянного местожительства. В агиографии говорится о странствующих артелях всевозможных мастеров (tecnitwn) и о том, что в городах было много корабельных плотников (nauphgwn), знающих строительное дело (tectonikhn tecnhn, — там же, стр. 143). Во главе такой артели стоял подрядчик ergolaboV, лично несущий материальную ответственность за выполнение работы. В «Житии Феодосия Печерского» рассказывается, как четыре константинопольских церковных мастера «мужие богати велми» получили заказ па постройку храма. Договор заключен был на трехгодичный срок с уплатой денег вперед (Б. А. Рыбаков, Ремесло древней Руси, М., 1948, стр. 512).

... Не вследствие господнего гнева... т.е. не вследствие стихийных бедствий. При землетрясении и обвале ущерб, понесенный заказчиком, никто не возмещал — Dig., 19, 2, 59 (Iavolenus, 5) и 19, 2, 62. Однако при известных обстоятельствах можно было возложить ответственность и на работника. Например, если несчастный случай произойдет до сдачи работы — Dig., 19, 2, 36 (Florentinus, 7) =   Bas, XX, 1; см. Т. Meyer-Maly, Locatio Conduction, S. 189.

Срок, на который строители гарантировали прочность воздвигнутого здания, был установлен законом только для правительственных построек (15 лет; Cod. Just., VIII, 11, 8), причем ответственность несли и наследники строителей (Bas., LVIII, 12, 8).

В основе вины ergolaboV —  ошибка (apeiria) и небрежность (ameleia): Ean ... pesh to reiJron apo aitiaV tou edajouV ... o misJwsaV zhmioutai, ei de ex elattwmatoV tou ergou, o misJwsamenoV —   «Если здание рушилось по причине, связанной с недостатками участка, отвечает работодатель, если из-за ошибки строителя, несет ответственность нанявшийся» (Bas., XX, I, schol. 25 = Dig., 19, 2, 9, 5; ср. Christophilopulos, Biblion, p. 94).

О размере заработной платы в главе ничего не сказано, все зависело от соглашения сторон. Однако уже то, что можно было требовать судебным порядком переоценки работ, свидетельствует о существовании в то время определенных норм платы, установленных обычаем. 122-я новелла Юстиниана (запрещавшая наемным работникам на стройках, в морском деле и т. д. требовать повышенную плату) включена в Василики (Bas., LV, 14, 4). Сведения о реальной высоте заработной платы скудны. В Александрии в VI в. поденщик получал один кератий в день. Обычный заработок столяра, кузнеца — от одной до двух номисм в месяц. Из агиографической литературы явствует, что нищий тратил на пропитание десять фоллов в день, таким образом, одинокому человеку этой суммы едва хватало на еду. В VIII в. заработная плата столяра равнялась тоже одной-двум номисмам в месяц (Ostrogorsky, Preis, S. 296).

Интересно отметить, что в Киевской Руси в XI в. оплата дневного труда строительного рабочего находилась приблизительно на том же уровне. В патерике Киево-Печерского монастыря рассказывается, что при постройке церкви Георгия каждому рабочему платили по одной ногате (монета в 2,38 г серебра). Таким образом, поденная заработная плата строителя была несколько выше византийской, в то время как стоимость раба была в четыре раза ниже стоимости раба в Византии X —   XII вв. (все в весовом выражении серебра).

Отметим для сравнения официальную расценку рабского труда в X в. По 100-й новелле Льва VI, человеку, вступившему в брак с чужой рабыней, предоставлялось право выкупить ее, но если тот не имел на это средств, он должен был работать на господина рабыни (Jhteuwn de para tw autw despoth), причем за каждый год работы ему засчитывались две номисмы. Итак, если свободный поденщик получал один кератий в день, что составляло около 15 номисм в год, то труд раба расценивался в 7 1/2 раз ниже. Однако раба обеспечивали питанием и одеждой. В выражении Jhteuwn имеется другой оттенок, нежели в слова misJwtoV: мистот получал только заработную плату, фет — наемный работник — получал заработную плату, находясь на полном содержании у хозяина.

В Женевской рукописи сразу же после Книги Эпарха сплошным текстом, без абзацев, следует трактат Аскалонита о правилах строительства в городах. Трактат по своему содержанию примыкает к главе XXII и служит как бы ее продолжением.