Комментарии

К ГЛАВЕ VII

В противоположность метаксопратам катартарии представляют собой корпорацию ремесленников, главным образом непосредственных участников трудового процесса, а не хозяев эргастерий. KatartizoneV — это те, которые очищают шелк-сырец и превращают его в пряжу (Stoeckle, Zuenfte, S. 20).

К § 1

В главе о катартариях не говорится о наемных рабочих. Мало того, в § 1 подчеркнуто, что катартарии могли покупать лишь столько шелка-сырца, сколько они могли обработать сами. Для метаксопратов (как и для серикариев) никаких ограничений такого рода не существовало. Запрещение покупать свыше обычной нормы означало, что катартарий (в отличие от серикария и метаксопрата) даже при наличии рабов не мог стать предпринимателем, так как ему не отпускали метаксы больше чем на одно лицо. В противном случае катартарии легко превратился бы из ремесленника в предпринимателя, который имел бы все преимущества перед метаксопратом. Запрет этот препятствовал расширению эртастерии ремесленника, но не стеснял торговли посредника-метаксопрата.

В сложной обстановке борьбы внутри господствующего клacca, когда еще не решился вопрос о пути оформления феодальных отношений в Византии, правительство Льва VI искало поддержку в торговой прослойке городского населения. Политика Льва VI, стремившегося по возможности отделить профессии торговцев от ремесленных профессий, была в сущности: направлена на подчинение непосредственного производителя торговому капиталу. В соответствии с этим и эпарх Константинополя проводил политику, которая была выгодна торговцам, но ущемляла интересы производственных корпораций. Строгий запрет продавать шелк-сырец свидетельствует о том, что рыночная цена на него была значительно выше той, по которой катартарии покупали метаксу для обработки. Это не могло не создавать условий катартариям для спекуляции шелком в необработанном виде. Чтобы поддержать престиж корпорации метаксопратов, и был введен этот запрет.

Данная статья направлена и против сановной знати: в ней чувствуется стремление правительства не допустить организацию частного производства предметов роскоши в «домах» знати и опасение, как бы она не подчинила себе мелких тружеников-катартариев, а последние не стали бы подставными. лицами при закупке шелка-сырца. Помимо узкофискальных целей (о которых, разумеется, нельзя забывать при объяснении подобных установлений Книги Эпарха), в запретах, ущемляющих интересы местной знати, нужно усматривать определенную политику. Самодержавной власти византийского императора грозила бы опасность, если бы сановная знать была в состоянии полностью экономически подчинить все трудовое население столицы: мелких ремесленников могли эксплуатировать только торговцы, но не знать. Поощрение предпринимательства торговых прослоек было политикой маневрирования. Правительство хотело лишить сановную знать возможности получать прямые доходы от торговли, ограничить ее деятельность рамками «службы» императору (другими словами, поставить доходы сановной знати в зависимость от сильного, централизованного бюрократического аппарата самодержавной монархии). В провинции, в деревне оно проводило политику борьбы против растущих тенденций к феодальной раздробленности. Византийское самодержавие стремилось также воспрепятствовать превращению столицы и других крупных городов в аристократические республики (что было бы неизбежным, если бы сановная знать в то же время была и землевладельческой и являлась носителем мощи торгового капитала).

К § 2

Из этой статьи явствует, что состав корпорации катартариев (как и метаксопратов) в имущественном и правовом отношении был весьма неоднороден. Среди них выделялась влиятельная прослойка состоятельных лиц, которые были внесены в особый список, могли участвовать вместе с метаксопратами в коллективной, на льготных условиях закупке метаксы непосредственно у восточных купцов и пользоваться привилегиями «почтенных» людей, т. е. правом свидетельствования при заключении актов и на суде.

Другую прослойку составляли бедные катартарии (среди них могли быть и рабы, владеющие небольшим пекулием). Согласно данной статье, они должны были покупать метаксу на 8 1/3 % дороже, чем богатые катартарии. Постановление открыто защищало интересы крупного торгового капитала. Катартариев-бедняков не заносили в список избранных, а следовательно, они не могли участвовать в коллективной закупке. Лиц, имущество которых оценивалось не выше чем в 50 номисм, вообще ограничивали в гражданских правах: они не имели права свидетельствовать на суде и при допросах подвергались пыткам. Византийские корпорации были слишком слабы, чтобы добиться особых политических привилегий для своих членов in corpore.

Список (apograjh). По Николю и Штёкле (Stoeckle, Zuenfte, S. 9), это список членов корпорации. Однако из статьи V данной главы явствует, что в список включали не членов корпорации, а лиц, участвующих в коллективной закупке товара. В статье XX, 1 термином apograjh («апографе») обозначается список товаров, подлежащих коллективной закупке. Ему соответствовал и список лиц, которые имели право на закупку этих товаров. Можно полагать, что у городского эпарха существовал список — «апографе», в который включали наиболее состоятельных из торговцев и ремесленников. Занесенные в список пользовались особыми привилегиями; но не подлежит никакому сомнению, что они должны были выплачивать и особые пошлины. Слово «апографе» употреблялось и в сфере налоговой практики, и при предоставлении торговых привилегий. Интересно привести сообщение Грегоры об Иоанне Ватаце: «он сам незнатного происхождения был состоятельным лицом из числа “списочных" торговцев (plousioV ex apograjikwn)... понемногу выдвинулся и за большие деньги потом купил начальственную должность в Фессалонике» (Gregoras, vol. II, I. XIV, p. 741, 8). Комментировавший это место Боавэн (Boivini annotationes, — Gregoras, vol. II, p. 1278) считал, что под «списочными торговцами» нужно понимать лиц, которые производили расценки налоговых поступлений, т. е. apograjikoi = anagrajeiV. Но § 2 главы о катартариях дает возможность по-иному объяснить данный текст: Иоанн Ватац был купцом, включенным в список привилегированных, состоятельных торговцев. Это сообщение Грегоры важно, так как оно свидетельствует о существовании «апографе» не только в Константинополе, но и в Фессалонике. Следовательно, положения Книги Эпарха характерны для торговых городов вообще.

Метаксарии, судя по данному тексту, — мелкие собственники, не входящие в состав тех привилегированных метаксопратов и катартариев, которые участвовали в коллективной закупке метаксы у иностранцев. Очевидно, это люди личного труда; но в чем же отличие их от катартариев? Если метаксарии — мелкие торговцы метаксой (как полагает Майер), то кому они сбывали ее? Ведь такая торговля, согласно статье VIII, 8, была монополией метаксопратов. Если и метаксарии имели право продавать метаксу, то чем они отличались от более бедных из метаксопратов? Штёкле (Stoeckle, Zuenfte, S. 25) поэтому отождествляет метаксариев и метаксопратов. С этим не согласны Майер (Meyer, S. 532) и Миквиц (Mickwiz, Gewerbe, S. 72). По словарю Константинидиса, метаксарий — человек, лично обрабатывающий сырец. Но зачем было бы противопоставлять его катартарию, если это одно и то же?

Лопец считает, что «более бедные», упомянутые в статье VI, 9, и «метаксарии», в статье VII, 2, — одни и те же лица: торговцы шелком, не входившие в цех метаксопратов. Однако в статье VI, 9 говорится именно о метаксопратах, членах корпорации, не имеющих достаточных средств для оптовой закупки импортного шелка-сырца (ср. ст. VI, 8 — kaJwV euporei tiV, и ст. VI, 9 — o en euporia). В статье VII, 2 термин «метаксарий» противополагается терминам «метаксопрат» и «катартарий».

Безусловно, во время правления Юстиниана слово «метаксарий» означало предпринимателя, закупавшего и продававшего метаксу. В названии metaxarioi нет окончания prathV, что указывало бы на занятие одной торговлей; можно предположить, что в VI в. под термином «метаксарий» понимался не только торговец метаксой, но и обрабатывающий шелк-сырец владелец ремесленной эргастерии. В Книге Эпарха, как мы видели, торговая деятельность отделялась от производственной, в результате чего для торговцев метаксой появился термин «метаксопрат», а название «метаксарий» получило иное, более узкое значение. По нашему мнению, под «метаксарием» нужно понимать мелкого кустаря, обрабатывавшего шелк-сырец и изготовлявшего из него для продажи шелковыо нитки, вышивки и т. п. Такого рода работу выполняли мужчины и женщины. Возможно, существовала особая корпорация метаксариев, но, вероятнее, это были необъединенные кустари.

Таким образом, метаксопраты представляли привилегированную корпорацию торговцев импортным шелком; катартарии превращали шелк-сырец в пряжу, которая шла на дальнейшую переработку; метаксарии из шелка-сырца производили мелкие изделия для рынка, они же принимали небольшие заказы на работы по шелку.

...Должны приплачивать... Цена на шелк Книгой Эпарха не устанавливалась. Ничего не говорилось в ней и о прямом регулировании цен на шелк (в отличие от цен на рыбу, мясо, хлеб). В постановлении Юстиниана 540 — 547 гг. (CJC, V, III, 798) цена на литру метаксы определялась в 15 номисм. Это была цена для непосредственной торговли с «варварами» на границах. Колоссальные расходы по транспорту и риск, на который шли торговцы, — все это значительно повышало покупную цену метаксы в Константинополе. Устанавливая таксу (15 номисм за литру), правительство преследовало определенную цель — воспрепятствовать увеличению цены на шелк со стороны иностранных купцов. Но, как рассказывает Прокопий в «Тайной истории», это постановление было настоящим бедствием для многочисленных предпринимателей и трудящихся Византии и не могло долго проводиться в жизнь. Да и само правительство Юстиниана в процессе введения государственной монополии отошло От установленной цены и, как с возмущением сообщает Прокопий, продавало шелковые изделия по невероятно высоким ценам...

О цене на шелк см. статью Н. В. Пигулевской «Византийская дипломатия и торговля шелком в V — VII вв.» (стр. 195). В статье используются главным образом данные Прокопия о спекулятивной продаже метаксы Петром Варсимой. По расчету Н. В. Пигулевской стоимость килограмма метаксы — 687 руб. за литру, тогда как по расчету Россейкина («Вопросы истории», 1948, № 3, стр. 132) стоимость литры золота (327,5 г) — 401 р. 76 к.; во всяком случае при Юстиниане метакса на вес стоила дороже золота. При Аврелиане фунт шелка стоил ровно фунт золота. Такая цена в основном держалась до VIII в. («Capita legis Rhodiorum», — Bas., LIII, 40).

Но в X в. шелковое производство уже было освоено государственными мастерскими Византии, что, безусловно, снизило цены. Шелковая одежда дороже 10 номисм уже считалась недозволенной для продажи роскошью. Нужно отметить, что цену на метаксу определял не эпарх, а соглашение метаксопратов при коллективной закупке товара у восточных купцов, и, таким образом, эта цена зависела в IX — X вв. от общих условий внешней торговли с Востоком.

К § 3

...Если какой катартарий желает быть принятым в корпорацию метаксопратов... Переход из корпорации катартариев в корпорацию метаксопратов был очень прост: требовалось только, чтобы катартарии был достаточно богат и мог освободиться от личного труда. Интересно отметить, что разбогатевший катартарий не расширял своего предприятия, но переходил на положение купца. Это было характерно для условий производства в столице Византии, которые препятствовали превращению мастерских в мануфактуры. Запрещением же купечеству заниматься организацией производства правительство затрудняло использование тех возможностей, которые, собственно говоря, имелись в таком крупном городе-эмпории, как Константинополь (см. К. Маркс, Формы, предшествующие капиталистическому производству, [М. J, 1940, стр. 48).

...Если он не раб... — Штёкле полагает на основании данной статьи, что в числе катартариев не могло быть рабов. Но этот текст, как отмечает Миквиц (Mickwitz, Gewerbe, S. 74), свидетельствует, напротив, о том, что рабы не допускались только в корпорацию метаксопратов. В столь влиятельную прослойку местных богачей нежелательно было включение подставных лиц, какими, безусловно, явились бы рабы.

...По уставу... (kata tupon) — имеется в виду статья VI, 6.

К § 4

...По приглашению метаксопратов... Нужно думать, если у метаксопратов не хватало средств для приобретения всей партии сырца, они предлагали катартариям купить оставшийся нераспроданным шелк, но лишь на условии предварительного соглашения о ценах (sumjwnia). (Б. Мендль (В. Mendl, Les corporations byzantines, p. 305, 8) критикует положение Штёкле, считавшего, что метаксопраты были заинтересованы в привлечении к покупке метаксы у иностранцев более состоятельных катартариев. Нам кажется, что Б. Мендль совершенно прав: метаксопратам было бы безусловно выгоднее, если бы они имели полную монополию в приобретении импортной метаксы. Привлечение катартариев к закупке было уступкой младшим корпорациям) В данном случае соглашение, вероятно, касалось не только цен на необработанный сырец, но и на пряжу, которую катартарии потом продавали метаксопратам. Какую прибыль «на номисму» при этом должен был получить метаксопрат, не говорится. Очевидно, прибыль определялась договоренностью, что делало положение мета-ксопрата очень прочным.

...Заключая с ними товарищество... В данном случае в статье представлен типичный пример сообщества на правах societas unius negotiationis (koinwnia ej eni pragmati). В Василиках приведена схолия Стефана: «когда объединяются для покупки или одежд, или вина, или масла оливкового, или других товаров» (Bas., XII, 1, 5, schol. 2; ср. СJC, I, Institutiones, III, 25, 2). Другой пример такого сообщества — статья IX, 6 Книги Эпарха.

В § 4 речь идет о соглашении не только на покупку, но и на продажу метаксы по определенным ценам. Практика соглашений того времени не отражена в полной мере в Книге Эпарха, но новеллы Льва VI содержат более широкие сведения о торговых объединениях (Nov. Leon., 102, 103).

В новеллах Льва VI считается обычным, что sunemporoi (соучастники в торговом предприятии) в одинаковой мере получают прибыли и несут убытки (Nov. Leon., 70).

В новеллах этих имеется в виду уже не societas unius negotiationis, a societas quaestus (porw kai kerdei koinwnia; Bas., XII, 1,6 = Dig.,17,2,7 и Bas., XXXV, 14,17 = Dig., 29, 2, 45,2), т. е. товарищество для совместного извлечения дохода.

Лев VI проявил себя сторонником товариществ, торговых и промысловых объединений. Во введении к 102-й новелле он многословно говорит о пользе компании (koinwnhsiV): «Много благ в жизни доставляет товарищество в предприятиях (twn pragmatwn koinwnhsiV), если оно организовано на разумных началах (aov cppov-rjfxaTt xai Хорзрй), ибо от объединения какого-либо лица, имеющего власть, с другими, имеющими подобную же власть, их влияние укрепляется; богатые, привлекая в сообщество другого, более богатого, еще больше выгод извлекут из своего богатства. Равно и при тяжелой бедности, сообщество в делах не окажется бесполезным, так как нищета благодаря сообществу станет менее тяжкой». Агиография дает сведения и о внецеховых товариществах (Рудаков, Агиография, стр. 144).

К § 5

...Должны... записаться... Макри (Macri, p. 67) видит в этом тексте указание на существование у эпарха особых реестров богатых купцов, людей почтенных, не рядовых членов корпораций. (Такие реестры, по-видимому, имелись в секрете городского эпарха.) Однако в данной статье под словом apograjh понимается только запись на коллективную закупку товара. Термин, означающий список членов корпорации, не apograjh, а katalogoV (см. II, 12).

...К числу почтенных людей... Гёриг (Goerig, S. 586, Anm. 3) считает, что требование принадлежности к viri honesti распространяется на всех членов корпорации катартариев. Но из текста статьи ясно, что оно относится только к тем катартариям, которые по своему имущественному положению могли участвовать в коллективных закупках.

... Людей посторонних и неучтенных. Новое подтверждение озабоченности правительства тем, чтобы обработка шелка-сырца оставалась монополией корпорации катартариев, а ее состоятельной верхушке предоставлялись при этом преимущества.

К § 6

Настоящая статья относится, разумеется, не к «почтенным» членам корпорации, а к рядовым, к бедноте. Обращает внимание также указание на «смутьянов», которых надлежит исключать из корпорации. Правительство стремилось сохранить в корпорации только политически благонадежных лиц.

К ГЛАВЕ VIII

К § 1

Серикарии — термин латинский: sericarii — работники, обрабатывающие шелк и продающие изделия из него (М. Th. Smitter-Picard, Sericari, Melanges Picard II, Paris, 1949, pp. 951 — 957). Впервые это слово встречается в надписи II в., где говорится о женщине-«серикарии» Тимелии Марселле (CIL, 9892) и о М. Аврелии Флавии, «дельце-серикарии» (negotians sericarius; CIL, 9678, — цит. по Smitter-Picard). В Диоклетиановом указе о ценах (20, 2) сказано о различных тканях, которые изготовляли sericarii; в тарифе упоминается и цельный шелк (1. 10) и subsericum (1. 9).

Но Книга Эпарха употребляет термин «серикарии» в более узком значении, поскольку в производстве шелковых тканей, как и в торговле ими, существовало четкое разграничение функций. В термине shrikarioi 'серикарии' нет характерного для Книги Эпарха соединения со словом prathV, 'торговец', что подчеркивает чисто производственный характер данной корпорации. В соответствии с этим в Книге Эпарха нигде не говорится о запрете продавать определенные ткани, а сказано только о запрете изготовлять ту или иную ткань. В главе VIII упоминается лишь о внешней торговле через кюлистарию, торговле, которая велась с санкции эпарха, О торговле на внутреннем рынке Константинополя нет ни слова. Политика поощрения торгового посредничества выступает в главе о серикариях явственно.

Устав серикариев не определяет круга работ в мастерских, но совершенно ясно, что в них производились все операции по изготовлению тканей (кроме очистки и прядения шелка, что было делом катартариев).

В Книге Эпарха не говорится об особой корпорации или профессии красильщиков тканей. Однако, поскольку в Римской империи имелась корпорация пурпурариев, которые входили в состав работников императорских мастерских, и существовал строгий запрет на окраску тканей в пурпур, Штёкле колеблется признать за серикариями право крашения. По его мнению (Stoeckle, Zuenfte, S. 39), окраска тканей производилась в государственных мастерских. Но закон (Bas., XIX, 1, 80 = Cod. Just., IV, 40, 1) запрещал окраску только в пурпур, а не другие виды окраски. Следовательно, окраска тканей могла входить в функции серикариев (Goerig, S. 584; Zoras, Corporationi, p. 176). Черноусов (Цехи) считает несомненным, что серикарии окрашивали ткани также и в пурпур (иначе как можно понять те ограничения, которые изложены в § 1). Кроме пурпура, для крашения использовались различные вещества, которые продавали восточные купцы (bajika — X, 1). Однако наиболее ценные ткани изготовляли и красили в государственных мастерских, что и дало повод Лиутпранду говорить о запрещении окраски в пурпур. Лицо, ведавшее такой мастерской, именовалось архонтом влаттии (см. комментарий к ст. IV, 3 на стр. 151 — 152 — влаттии). Сохранилась печать с надписью arcwn tou blattio (V. Laurent, Bulletin de sigillographie byzantine, — Byz, V, 1929/30, p. 583).

Скарамангия — одежда персидского происхождения, кафтан (см. исследование Кондакова — N. P. Kondakoff, Les costumes orientaux a la cour byzantine, — Byz, I, 1924). Первоначально скарамангией называлось платье для выхода, позднее — основной парадный костюм византийского двора, отличавшийся разнообразием орнамента и роскошью. Ко времени Книги Эпарха скарамангия представляла собою длинный (значительно ниже колен) костюм (вроде рясы), довольно узкий, стянутый у талии кушаком или особым поясом. Скарамангии различались покроем и цветом (по определенным праздникам принято было облачаться в скарамангии белые, пурпуровые, золототканые и т. д.). Поверх скарамангии носили разного вида плащи и инсигнии (дивитисий, хламиды и т. д.). Обычно из своих апартаментов император выходил в скарамангии, когда переходил в Хрисотриклин, надевал сагий, во дворце «Дафны» — дивитисий, а в восьмиугольной палате — хламиду и венец. В данном тексте упомянуты скарамангии oloklhra 'цельные' (ср. II, 7); но, возможно, здесь правильнее читать olobera. У Прокопия (Hist. arcana, XXV) говорится о продаже шелковой ткани, окрашенной в «царскую краску» (bammatoV de tou basilikon), «которую называют головером» (oloberou).

Месофор — нижняя туника (interula). Для обозначения предметов одежды существовала богатая терминология, правда, иногда неустойчивая.

...Наполовину окрашенные... Терминология Книги Эпарха, очевидно, была переписчику Женевской рукописи не всегда понятна. Написанное им слово bhmilinodiblata не имеет никакого смысла. Конъектура Николя — hmimhlinodiblatta. Трудно быть уверенным в правильности принятого толкования этого слова — влаттии, наполовину окрашенные под цвет дыни (наш перевод: «желтовато-дынный цвет»). Еще сложнее понимание следующего термина — prasinodiblatta; у Константина Багрянородного вельможи выступают в скарамангиях prasinodiblatta. Вероятно, числительные -di- и -tri- означают особую технику окраски — дважды и трижды окрашенные, т. е. в два или три цвета, чтобы получился пурпур зеленого оттенка (ср. De cerim., p. 91). Поэтому названия triblatta и diblatta скорей всего указывают на комбинацию ванн при окраске всевозможных сортов тканей.

Все учреждения, и гражданской и придворной службы, все военные отряды различались костюмом; мало того, костюм меняли в зависимости от праздника и церемонии. Детали в костюме играли весьма важную роль в придворных торжествах.

Разноцветные (в славянском переводе: «червленными брячинными нитьми ткуще облачаются многоразлично упестрены», — Никоновская Кормчая Книга) — может быть, узорчатые ткани, у которых уток состоит из различных цветов нитей, образующих при переплетении основы определенный узор. Ср. в Cod. Theod., 15, 7, 11 (393 г.) — о мимах: «scutulatis et variis coloribus sericis»; Isid. Sev. Etymol., 19, 22: «polymita — multi coloris polymitum enim textum multorum colorum est».

... С багряными полосками... Разрешение продавать такие ткани было дано лишь при Льве VI (т. е. ко времени составления Книги Эпарха). Кодекс Юстиниана (Cod. Just., IV, 40, 1 и Bas., XIX, 1, 82) отличает одежды цельные от украшенных пурпуровыми лоскутками (purpureis segmentis ornatis) и запрещает под страхом смертной казни торговлю шелковыми или шерстяными тканями, окрашенными в пурпур, а также окраску тканей пурпуром. Все подобные ткани — одеяние царского достоинства (indumentum regiae dignitatis). Даже аппликации из пурпуровых тканей не разрешались. Новеллой 80 Лев VI несколько ослабил запрет. «Я не знаю, почему прежние императоры... запрещали покупку и продажу любого куска пурпуровой ткани. Это понятно в отношении целой вещи; но из кусков не может быть изготовлено запретное. Какова же может быть разумная причина запрета?»

Слова даже если они многоцветные ограничивали действие новеллы 80: составленная из разных кусков ткань вообще допускалась к продаже, но если стоимость ее превышала 10 но-мисм, новелла Льва на нее не распространялась.

Факиол, в тексте jakiolwn, по Дюканжу (Glossar. gr. s. v.), — тюрбан. Патриарх Александрийский Тимофей (середина V в.) получил прозвище salojaikioloV, 'белотюрбанный'. Судя по изображениям александрийских патриархов (Кирилла и Афанасия), факиол покрывал голову наподобие чепца. Известно, что в IX в. тюрбаны носила болгарская знать. Слово «факиолии» могло означать также женский платок. В «Житии Филарета Милостивого» (IX в.) жена Филарета сбросила со своей головы to jakiolion (тексты, где говорится о факиолах, которые носили болгары, см. у Ив. Дуйчева «Славяноболгарские древности», — BS, XI, 1950, pp. 29 — 36).

К § 2

... Гиматию... В главе о серикариях нигде не говорится об изготовлении esJhtaV — одежд, а употребляется только термин imation — ткань или плащ из цельного куска ткани. Это означает, что основным делом серикариев было изготовление тканей и тех одежд, которые не требовалось шить.

... Как в шесть, так и в восемь нитей... и т. д. Речь идет о чередовании нитей шерстяных и шелковых, причем, как явствует, чем больше было шерстяных нитей, тем сорт материала считался ниже (этим опровергается предположение, что имеется в виду ширина материи. См. прим. к «Подбрани Извори», стр. 133).

У Гуго Фалькандского (Rer. Ital. Script., VII, VII, 256) говорится о роскошных тканях греческого происхождения, изготовленных серикариями, — amita, dimita, trimita, hexemita. На Западе византийские названия тканей употреблялись долго (W. Heyd, Geschichte des Levantehandels, Bd II, Stuttgart, 1879, S. 695).

... Чистошерстяную... — в тексте alhJinaerion: alhJina означает, безусловно, «подлинное, несмешанное», erion — неясно. Поскольку в контексте говорится о чередовании шелковых и шерстяных нитей, по смыслу можно предположить, что речь идет не о чистошелковых, а о чистошерстяных тканях. В этом случае термин alhJinaerion можно производить от слова erion 'шерсть'. Но слово alhJinoVi 'подлинный' (verus) имеет и другое значение; оно указывает на «чистоту» окраски — подлинно пурпуровые ткани отличались от тканей, окрашенных с прибавлением всевозможных примесей. При окраске в пурпур первая ванна давала цвет наиболее яркий, чистый, в дальнейшем в ванну прибавлялись различные соли, урина. Определение «чистый» относилось к тканям, которые погружали в первую ванну. Следовательно, наименование «чистошерстяная» может быть понято как ткань из шерсти, но окрашенная в чистый пурпур. В переводе мы имели в виду именно этот смысл слова, поскольку alhJinaerion в Книге церемоний означает «изысканные», «роскошные» ткани (De cerim., p. 641).

Тонкосортные. Слово leppozhlon можно понимать и как «низкосортный», но оно могло означать и ткани из тончайших нитей. Так как последние отнесены к числу запретных, перевод «низкосортные» не подходит.

... За исключением... Отдельным лицам в порядке повинностей поручали изготовление запретных одежд для хорегий. Безусловно, в число этих лиц входили в первую очередь серикарии, но, возможно, эпархом изготовление таких тканей распределялось и по гинекеям состоятельных лиц.

Гипогиры — платья, зауженные книзу. В таком платье изображен Никифор Вотаниат на известной миниатюре.

... В два хония... dou tou cwniou. Место непонятное, текст рукописи испорчен. Николь предлагает изменить фразу на dia tou citwniou (хитон — рубашка), но оснований для этого мало.

К § 4

... Окрасит шелк кровью... Слово aima Николь, Штёкле и Боак переводят как «сок улитки». Кодексом Юстиниана (XI, 9, 4) запрещалось иметь туники и паллии, окрашенные «кровью улитки» (cruore conchilii). Но правомерно ли такое понимание данного текста? Смущает слишком строгое наказание — отсечение руки. Ведь за изготовление запретных тканей, в том числе пурпуровых, наказывали более мягко. Судя по настоящей статье, можно полагать, что для придания особого оттенка некоторым сортам ткани использовали кровь животных. Специальный запрет применения крови при крашении мы находим и в 58-й новелле Льва VI. К тому же если мы будем переводить aima как «сок улитки», то эта статья окажется несовместимой с прочими, так как окраска тканей (за исключением запретных) в пурпур разрешалась.

Статья говорит об окраске. Должно быть, серикарии были и красильщиками, а запрет касался лишь использования серикариями незаконных примесей.

Интересно отметить одну особенность Книги Эпарха: в отношении корпораций мы наблюдаем разграничение торговых функций и производственных, а в отношении ремесленных организаций — соединение профессий (красильщики и ткачи шелка, мукомолы и пекари, см. гл. XVIII).

К § 5

Как можно вывести из этой статьи, серикарии вели торговлю с иностранцами только под контролем эпарха и с соблюдением тех правил, которые существовали для внешней торговли (см. прим. к ст. IV, 4).

К § 6

Эта статья повторяет статью 7 главы о вестиопратах, но здесь употреблено слово «серикарии», а в IV главе — «серикопрат». Это доказательство того, что оба термина в Книге Эпарха являются синонимами. В главе о серикариях терминология выдержана более строго: они нигде не названы серикопратами. Однако как понимать смысл статьи? Очевидно, серикарий не имел права продавать изготовленные в эргастерии ткани и одежды непосредственно на местном рынке, так как это было монополией вестиопратов. Серикарий мог выполнять заказы, под контролем эпарха отправлять партии товара за границу, а сбывать свою продукцию должен был в основном вестиопрату.

К § 7

... Иногородним или иностранцам... Велико ли различие между терминами eJnikoi и exwtikoi?? Черноусов переводит: «иноплеменники и иностранцы», т. е. рассматривает эти термины почти как синонимы. Штёкле видит в eJnikoi только иноплеменников, входивших в число подвластных Византии народов (остальные племена — barbaroi). Безобразов (Рецензия, стр. 38) считает eJnikoi синонимом barbaroi.

Мы полагаем, термин eJnikoii можно было бы даже перевести как «инородцы», что лучше всего передает презрительный оттенок этого слова, так как в византийских памятниках в понятие eJniloi обычно вкладывается мысль о культурной отсталости народностей, живших родоплеменным строем. Но в X в. термин eJnikoi был пережиточным и совершенно не соответствовал своему прежнему значению; как на Западе, так и на Востоке ни подданные Византии, ни соседние народы уже не жили племенным строем.

Ойкет — раб; юридически oikethV; значит то же, что douloV. В сборнике Euntagma kata stoicerwn (т. е. в Алфавитном справочнике законов) в главе peri doulwn приводятся статьи об «ойкетах» и о «дулах». Однако слово «ойкет», употребляемое в тексте Василии, иногда имеет своеобразный оттенок. Если douloV — раб вообще, то oikethV — раб домашний, который живет в городе или принадлежит к челяди (в Bas., XIX, 7,12 = Cod. Just., IV, 55,1 под «ойкетом» разумеется городской раб).

И перевод, и понимание статьи 7 затруднительны. Термины mhsJwthn и eklekthn в рукописи приведены в необычной форме: misJwthn имеет окончание женского рода, слово eklekthV вообще неизвестно, есть такое прилагательное, означающее «отобранный». Правда, Николь при переводе на латинский язык текста Книги Эпарха допустил, что наряду с формой misJwtoV существовала и форма misJwthV и что слово eklekthV означало надсмотрщика в мастерской. Но уверенности в правильности подобного перевода нет.

Чем можно объяснить, что мистота — свободного наемного работника — могли продавать так же, как и раба? И почему запрещалась продажа собственного раба? Можно, конечно, допустить, что положение мистота было близко к положению раба. Для понимания данного места можно привести из Эклоги тит. VIII, 6: «Если кто выкупит свободного человека из плена, то свободный, если он может возместить выкупную сумму, должен быть освобожден. Если же он беден (ei de aporei), пусть выкупивший имеет его в качестве мистия (misJion), пока тот не отработает выкупной суммы». Подобный мистий длительное время мог находиться «на положении раба», и поэтому в практике возможна была передача права на мистия другому лицу. Ср. Epanagoge, auct. III, 74: «Если отец и мать свою родную дочь или же мистию за плату отдадут на поругание...» Имелись и нанятые за плату чужие рабы, рабы-мистоты. Но «кто крадет принятого им за плату раба, отвечает как за воровство» (kleptwn ton misJenta douloi, enecetai wV klepthV — Prochiron, 17, 23; ср. Dig., 19, 2, 42. Ecloga ad Prochiron, 23, 20 = Bas., XXI, 41, schol. 1). В настоящем тексте трудно считать слово misJwthn прилагательным или приложением к слову oikethV, так как за продажу раба, который был у чужого господина мистием, не наказывали отсечением руки, а продавец чужого раба отвечал как за кражу — возмещением двойной стоимости раба.

Текст допускает, однако, и несколько иное понимание. «Продать» могло означать переуступить право на мистия на время соглашения о его работе у данного серикария. Существовал обычай уступать за плату на определенный срок рабочих — специалистов в каком-либо ремесле. Сократ (VII, 18) пишет, что «персы не захотели возвратить золотокопателей, которых они взяли у римлян (т. е. у правительства. — М. С.) за известную плату». Так могли поступать и частные предприниматели. Против подобных сделок, возможно, и был направлен запрет. Это было бы понятно, если бы мистий нанимался на длительный срок, но, как гласит § 12, соглашение о найме не разрешалось заключать более чем на месяц.

Необходимо обратить внимание еще на одну сторону вопроса. «Отсечением руки» карали за продажу свободного человека. По Эклоге, «кто украдет и продаст свободного человека, будет наказан отсечением руки» (o swma eleuJeron kleptwn kai pipraskwn ceirokopeisJw — Ecloga, XVII, 16). Согласно Прохирону (Prochiron, 39, 5; ср. Dig., 48, 15, 4 = Bas., LX, 48), «если кто купит, продаст или подарит человека, зная, что он свободный... будет наказан отсечением руки». «Если же раб или вольноотпущенник продаст свободного, то наказывается отсечением руки» (Prochiron, 39, 22). По Дигестам (Dig., 48, 15, 1), за это полагалась смертная казнь. Таким образом, данная статья не содержит ничего, что унижало бы мистия, не приравнивает его к рабу. Продавший мистия наказывается, как продавший любого свободного человека. Поэтому вывод Е. Э. Липшиц, полагающей, что мистот — близкий рабу человек, которого покупали и продавали (ВС, стр. 127), лишен основания.

Но запрет продавать рабов может вызвать удивление. До того времени никаких ограничений в продаже господином своих рабов не было. Церковь освящала это «право» господина (paV gar despothV o ti an ecoi, ei boulouito pipraskei, eite oikethn eite eteron, wn kekthtai — Послание Тарасия Адриану, Ralles-Potles, vol. IV, p. 594). В данном случае, однако, продажа раба, знакомого с производством шелковых тканей, скорей всего приравнивалась к продаже врагам запрещенных товаров (Ср. Cod. Just., IV, 41, 2 = Bas., XIX, 1, 87).

Эту статью можно понять, только объясняя ее заботой правительства о сохранении за Константинополем монополии на изготовление роскошных тканей.

Эклект, eklekthV. В переводе Книги Эпарха 1949 г. мы предполагали, что эклект — это ученик, подручный, «отобранный» для обучения шелкоткацкому делу, независимо от того, свободный он или раб. В основном догадка покоилась на предвзятой мысли о том, что производство в Константинополе могло быть только мелким: трудно было представить эргастерию X в. в виде мануфактуры с надсмотрщиком над рабами и мистиями. Однако, принимая во внимание сложность дела серикариев и то, что в мастерской действительно находились и рабы, и мистии, которые исполняли различные работы ткачей и красильщиков, а иногда и художников золототкацкого ремесла, мы должны прийти к выводу, что именно для такой эргастерии необходим был постоянный человек, отобранный из рабов, —  «эклект». Правда, слово «эклект» в таком смысле не встречается в других источниках, но о проэстотах — рабах-надсмотрщиках или начальниках мастерских часто говорится в Василиках и схолиях к ним. Канонист Зонара (XII в.) сообщает: «Если, например, раб был правителем дома господина своего или начальником мастерской господина...» (комм. к 82-му правилу апостолов). Поэтому мы предлагаем понимать под «эклектом» раба или наемника, «отобранного», т. е. выдвинутого на должность надсмотрщика или управляющего.

К § 8

Эта статья устава серикариев должна быть рассмотрена в связи с § 10 устава метаксопратов. На первый взгляд содержание статей прямо противоположно: в статье VI, 10 метаксопратам запрещается продавать метаксу серикариям, статья VIII, 8 обязывает серикариев покупать метаксу только у метаксопратов. Эту несогласованность отметил Штёкле (Stoeckle, Zuenfte, S. 28) и пришел к выводу, что в первом случае серикариям запрещалось покупать неочищенный шелк-сырец, а во втором — разрешалось приобретать не шелк-сырец, а уже изготовленную катартариями пряжу (ср. прим. VI, 10).

Никакого регулирования прибыли метаксопратов от продажи шелка серикариям не было. Майер (BZ, 1912) обращает внимание на то, что была установлена норма прибыли от торговли метаксой — 8 1/3 % (см. Кн. Эп., VII, 2). Но при продаже пряжи, тканей и одежды не было никаких ограничений.

К § 9

Кюлистария — склад товаров, может быть, предназначенных для выдачи в качестве «подарков», в том числе и за границу. О «подарках», которые требуются для поддержания «добрососедских» отношений с варварами, говорит Константин Багрянородный (De cerim., p. 661).

К § 10

Эта статья по содержанию близка к статье о найме мистота метаксопратами (VI, 3). В рукописи после слова eterou небольшой пробел — оставлено место для одного слова (вероятно, (misJion), которое переписчик, очевидно, не разобрал.

К § 11

... На стороне... — Обычно слово exw означало «вне Константинополя». Можно думать, что качество константинопольских изделий было столь высоко, что сдача в кюлистарию изделия, изготовленного не в столице, считалось невыгодной для императорского двора махинацией. Но слово exwkamata 'сделанные вне' можно понимать и как произведенные вопреки запрету вне мастерской серикария, в частных домах, одиночками-ремесленниками, не включенными в корпорацию. Серикарий обязан был сдавать в кюлистарию изделия только своей мастерской. Во всяком случае, согласно данной статье, серикарию возбранялось торговать чужими товарами. Подобный запрет препятствовал переходу серикариев в дальнейшем к предприятиям типа рассеянной мануфактуры, что в принципе было дозволено вестиопратам (ср. ст. IV, 2).

К § 12

Эта статья с соответствующими изменениями повторяет статью VI, 2, но в данной редакции текст представляется более исправным, чем в главе о метаксопратах (ergasian tw misJwtw правильнее, чем ergasian ton misJon).

К § 13

Текст статьи близок к тексту статьи II, 10, но содержит добавление о взносе в пользу корпорации. Как видно, в числе хозяев эргастерий серикариев могли быть и рабы, т. е. подставные лица богатых рабовладельцев столицы. На этом заканчивается серия глав, посвященных шелковому делу в Константинополе.