Библиотека сайта  XIII век

ИНОЕ СКАЗАНИЕ

Первые попытки объяснить события Смуты предприняло правительство Шуйского (1606—1610). Выборному царю Василию Ивановичу предстояло продолжать политику прежних прирожденных московских государей после того, как со смертью Федора пресеклась династия легендарного Рюрика, бесславно отошел в иной мир “рабоцарь” Борис Годунов и был растерзан первый Самозванец. Рухнуло все здание государственной истории, заботливо выстроенное для обоснования безграничной власти Ивана Грозного. Теперь историю заказывали бывшие “холопы” Грозного царя. После свержения и гибели первого Лжедмитрия его архив попал в руки правительства Шуйского, и русские переводы “листов, сысканных у Розстриги в хоромах”, были прочитаны народу с Лобного места. На основании этой трофейной “связки” архивных дел и собственных наблюдений московские дьяки составили подробный официальный очерк царствования Лжедмитрия I, необходимый для регулирования русско-польских отношений. Он был вручен посольству Гр. Волконского и А. Иванова, отправленному в Польшу в 1606 году.

В мае — начале июня 1606 года в Троице-Сергиевом монастыре составили и первый литературный обзор событий Смуты — “Повесть како отомсти всевидящее око Христос Борису Годунову”. “Повесть” развенчивала Самозванца и возвеличивала Шуйского. Падение Шуйского и польские претензии на русский престол породили целую волну “летучей” литературы; практическое действие этих сочинений было таково, что польский король Сигизмунд в 1611 году [22] жаловался московским боярам на оскорбительные листки, написанные русскими о нем и имеющие широкое обращение в России.

Крупнейший историк С. Ф. Платонов отказывал в достоверности и полноте “фактического материала” памятникам литературных баталий, современным Смуте, и считал, что “более объективные и содержательные описания Смуты явились в нашей письменности позднее, в тех сказаниях, которые были составлены или приняли окончательную литературную форму в царствование Михаила Федоровича”. В.О. Ключевский, возражая Платонову, напоминал: “Исторические факты — не одни происшествия; идеи, взгляды, чувства, впечатления людей известного времени — те же факты и очень важные...”

С воцарением Михаила Романова возникла потребность нового осмысления Смуты. Первые страницы государственной истории державы Романовых писались в 20-х годах XVII столетия в окружении патриарха Филарета — тогда были созданы особая редакция Повести князя С.И. Шаховского (так называемая “рукопись Филарета”) и дьяки трудились над официальной летописью — “Новым летописцем” (закончен в 1630 г.). В эти же годы составлялось и “Иное сказание”.

Название этому произведению дал историк И.Д. Беляев в 1853 году, имея в виду отличить публикуемую им повесть от другого сочинения — “Сказания” троицкого келаря Авраамия Палицына. “Иное сказание”, переписанное в сборниках в приложении к “Сказанию” Палицына, не просто дополняет свидетельства Палицына или сокращает рассказ там, где троицкий келарь достаточно многоречив,— оно опровергает политическую позицию Палицына, пытается дать историческое оправдание законности выборного царя Василия Шуйского.

“Иное сказание”— замечательное свидетельство исторического самосознания 20-х годов XVII века, сочинение, составленное из некогда самостоятельных литературных произведений и документов Смуты, то есть соединившее в себе достоинства ранних отражений Смуты (“идеи, взгляды, чувства, впечатления”) с преимуществами позднейших трудов (полнота “фактического материала”). Сюда была включена “Повесть како отомсти”, рассказывающая о событиях 1584 — 1606 годов и составленная в мае — начале июня 1606 года; “Повесть” дополнена грамотами Лжедмитрия осени 1604 и конца мая 1605 года, житием царевича Дмитрия 1607 [23] года, так называемым “Изветом” Варлаама и правительственными реляциями. История “Повести” обстоятельно изучена С.Ф. Платоновым, Е.Н. Кушевой, Н.П. Поповым, В.И. Бугановым, В.И. Корецким и А.Л. Станиславским. Предполагается, что автор “Повести”— книгохранитель Троице-Сергиева монастыря Стахий.

Составители “Иного сказания” добавили к “Повести” новые сведения и переработали отдельные эпизоды “Повести како отомсти”. Так, были дописаны тенденциозные подробности в сценах у стен Новодевичьего монастыря в 1598 году, когда народ молил Бориса принять царский венец, отредактировано описание сражений под Добрыничами (1605). Например, вопреки “Иному сказанию”, при Добрыничах И. И. Годунов командовал не полком левой руки, а сторожевым полком и во главе полка правой руки отличился не превозносимый автором Василий Иванович Шуйский, а его более храбрый брат Дмитрий Иванович.

Особенностью “Иного сказания” является включение в “Повесть како отомсти” “Извета” (челобитной, доноса) монаха Варлаама Яцкого царю Василию Шуйскому. Варлаам был спутником Григория Отрепьева во время его путешествия из Москвы в Литву и многое мог рассказать о самозваном монархе. Историк Н.И. Костомаров (1866) заподозрил “Извет” Варлаама в подложности, однако Е.Н. Кушева (1926) и И.А. Голубцов (1929) доказали, что в основе “Извета”, внесенного в “Иное сказание”, лежит подлинная челобитная Варлаама.

“Повесть како отомсти” и ее обработка в составе “Иного сказания” являются образцами публицистических повестей о Смутном времени. Рассказ ведется автором “в интересах и с точки зрения правительства Шуйского” (С. Ф. Платонов). Автор ищет причины, “наведшие кровопролитие на Русскую землю”, и находит их в повреждении нравов, за которым неминуемо следует божья кара. Автор осуждает льстивого детоубийцу Бориса Годунова и молится заступнику Русской земли — страстотерпцу отроку-царевичу Дмитрию, а все земные надежды возлагает на выборного царя Василия Шуйского. “Днесь же все православные люди радуемся и веселимся”,— пытается изобразить воодушевление автор “Повести како отомсти”. “А житие его царское, — бесстрастно свидетельствует Пискаревский летописец,— было на престоле царском всегда с бедами и кручинами и с волнением мирским; часто миром приходили и говорили ему, чтобы сошел с царства, и за посох хватали, и позорили его много раз”. [24]

Однако, за вычетом этого близорукого увлечения личностью Шуйского, свод записок 1584 — 1606 годов, предпринятый анонимными авторами “Иного сказания”, относится к тем сочинениям, которые С.Ф. Платонов считал “наиболее объективными и содержательными описаниями Смуты”.

“Повесть како отомсти” публикуется по тексту “Иного сказания” с незначительными сокращениями.

Перевод выполнен по изданию: Русская историческая библиотека. Л., 1925. Т. 13. Вып. 1. Стб. 1 —66.

Текст приводится по изданию: Смута в Московском государстве. Россия в XVII столетии в записках современников. М. Современник. 1989

© текст - Плигузов А. И. 1989
© сетевая версия - Тhietmar. 2004
© OCR - Мурдасов А. 2004
© дизайн - Войтехович А. 2001
© Современник. 1989