ТОМАС СОУТЭМ И ДЖОН СПАРК

1556 г.

Путь водою, открытый нами, Томасом Соутэм и Джоном Спарк, от тор. Колмогор через западный конец бухты св. Николая (Западным концом бухты св. Николая, т. е. Белого моря, авторы считают Онежскую губу.) до города Новгорода в России с прибавлением некоторых подробностей, касающихся пути и расстояний в милях, как это следует ниже. 1566 г.

Мы выехали из Колмогор около 10 часов утра (Как видно из дальнейшего текста, отъезд должен был состояться не позднее 20 июля 1566 г.) в ладье, или барже, которую мы наняли, чтобы доехать вдоль берега до места, называемого Сорока. На ладью мы наняли 6 матросов и мальчика, которые обязаны были довезти нас до означенного места.

Ладья, или баржа, наша имела 25 тонн вместимости или около того. На ней мы спустились по реке Двине при слабом ветре до монастыря, называемого монастырем св. Михаила (Погост Михаила Архангела на устье Двины — будущий город Архангельск.), где мы принуждены были стать на якорь из-за противного ветра, который встретил нас здесь.

От Колмогор до этого монастыря — 50 верст или русских миль; здесь мы задержались до утра 21 июля; в этот день ветер был достаточно благоприятен; мы подняли паруса и выехали отсюда.

21-го мы выехали из монастыря св. Михаила при более или менее достаточно благоприятном ветре и доехали 22 июля в 2 часа утра до Розового острова против монастыря св. Николая. От монастыря св. Михаила до этого места — 35 миль. Из-за противного ветра и прилива нам пришлось задержаться здесь весь этот день.

23-го мы отплыли от монастыря св. Николая в 7 часов вечера и стали на якорь у сигнального маяка (бакана), где стояли до половины одиннадцатого; затем отплыли дальше при южном ветре. Мы держали курс на Запад до 5 часов утра, когда стали на якорь у города Неноксы (Newnox), где и оставались до 25 июля. [82]

Названный город Ненокса лежит в 35 милях от монастыря св. Николая.

25 июля мы вышли из гавани Неноксы в 1 час дня, держа курс на северо-запад при юго-юго-восточном ветре.

Мыс Толстик (Tolstik), находящийся перед входом в гавань Неноксы, в мыс Сюземский (Sevsemski) лежат no-соседству в направлении ю.-ю.-в. — с.-с.-з. Мы стали на якорь у последнего в тот же день в 4 часа пополудни, пройдя от Неноксы 15 миль. Здесь мы простояли до 27 июля, задержанные противными ветрами.

27-го мы вышли из Сюземского в 5 часов утра, держа курс на з.-с.-з. при северо-восточном ветре.

Сказанная Сюземская земля и мыс у входа в реку Уну (Owna) лежат друг от друга в направлении ю.-в.-с.-з.; между ними 25 миль.

В этот день к заходу солнца мы подошли к острову по имени Шигшинскому (Sogisnay) в 85 милях от Уны и прошли между ним и материком; ветер дул с юго-востока, а курс мы держали на юго-запад.

Когда мы прошли 10 миль за этот остров, ветер стал противным, и мы вернулись к Шигшинскому, где стояли до 29-го.

29 июня мы вышли от упомянутого выше Шигшинского в 5 часов пополудни при восточном-северо-восточном ветре, держа курс на в.-ю.-в., и прошли мимо острова, называемого Анзером (Anger), находящегося в 30 милях от Шигшинского. Держась все того же курса, мы достигли мыса острова, называемого Абдон (Соловецкий), в 15 милях от Анзера. Здесь оказалось много мелей, и, если бы божественное провидение не сохранило нас, мы погибли бы, очутившись среди скал в ночное время; а наш лоцман оказался далеко не из искусных; впрочем, как мы узнали, это вовсе и не было его профессией.

Кто поедет этой дорогой, должен или держаться самого берега, так как там есть проток вдоль берега за скалами, или же отъехать по меньшей мере на 6 миль от берега и держаться открытого моря, ибо подводные скалы встречаются еще в 5 милях от мыса.

Мы отъехали от мыса на 3 мили; тем не менее в 2 милях от нас в сторону моря оказались два подводных камня, мы попали между ними и сели на наиболее высокий из них. Но богу угодно было успокоить море и дать нам свет дня; иначе мы потерпели бы крушение.

30-го мы отъехали от мыса острова Абдона в 4 часа утра, держа курс на запад, и к 10 часам прибыли в монастырь, называемый Соловки, в 15 милях от Абдона.

В этом монастыре мы оставались до 31 июня. Старшие монахи дали нам лист за печатью монастыря и одного из слуг, чтобы благополучно проводить нас по опасной реке Выгу (Owiga). [83]

Народ, обитающий в этих местностях, — дикий и говорит на другом языке; по большей части это все монастырские крестьяне (tenants). В листе было сказано, что они должны быть готовы оказать нам помощь во всех опасных местах и, где необходимо, перетаскивать наши суда и товары волоком, что они действительно и делали, как это будет видно ниже.

Надо отметить, что в наше пребывание в монастыре настоятель еще не был избран, а за две недели до нашего приезда прежний настоятель был вызван в Москву и сделан митрополитом царства, каковым он сейчас и состоит (Имеется в виду Филипп Колычев, бывший игуменом Соловецкого монастыря с 1548 по 1566 г. В 1566 г. был вызван в Москву и сделан митрополитом; в 1568 г. — низложен и заключен в тверской Отрочь монастырь, где был убит Малютой Скуратовым в 1569 г.). Число монахов в монастыре не менее 200.

Из Соловецкого монастыря мы переехали в отличный каменный монастырский дом в 5 милях к юго-западу от монастыря. 1 августа мы выехали из каменного дома в 3 часа утра. 60 верст мы шли на запад, потом, проходя между скал и множества мелких островов, мы прошли еще 20 миль, держась приблизительно того же курса. Затем мы переменили его; видоизменяя его не раз еще, но в общем, идя на ю.-в. и ю.-ю.-в., мы, наконец, оказались в 2 милях от входа в реку Выг; войти в нее мы должны были в северо-западном направлении. От реки Выга до упомянутых выше островов и скал — 20 миль расстояния.

Около 4 часов пополудни мы вошли в реку Выг, близ селения, называемого Сорока. Здесь мы покинули нашу барку, или ладью, и пробыли до 3 августа, припасая маленькие лодки для плавания вверх по реке.

3-го мы выехали из Сороки в 2 часа пополудни на нанятых нами 3 лодках с 12 гребцами и поплыли вверх по Выгу.

В этот день мы проехали 7 миль до места, называемого Островом, где провели ночь. На дороге, в 4 милях от Сороки, в месте, где вода падает со скал, как будто отвесно стекая с горы, нам пришлось выгрузить товары из лодок и заставить тащить их целую милю по сухому пути, после чего таким же порядком живущие здесь люди, крестьяне вышеназванного монастыря, перетащили на руках наши лодки.

Когда лодки прибыли к тому месту, где сложены были наши товары, мы спустили лодки в воду, снова погрузили в них товары и поплыли в названное выше место, где и остались всю ночь.

Мы выехали из Острова утром до восхода солнца, шли на веслах или тянули лодки 5 миль. Тут мы доехали до места, где мы снова принуждены были выгрузить товары и тащить их и лодки 3 мили по сухому пути; таким образом, гребя, таща и подтягивая лодки, мы проехали в этот день еще 7 миль до селения Слобода (Sloboday), где и провели ночь. [84]

5-го мы выехали из Слободы утром до восхода солнца, а в 6 часов мы доехали до деревни, называемой Паранца, лежащей в 30 милях от Слободы; здесь мы провели всю эту ночь.

6-го мы выехали из Паранцы в 6 часов утра, и во весь этот день, таща и заводя наши лодки, мы прошли всего 11 миль, так как два раза выгружали товары и тащили лодки посуху — в одном месте 1 1/2 мили, в другом около 1/8 мили, и таким образом доехали до места, называемого Войц (Voyetz), где провели ночь.

7-го мы выехали в 4 часа утра и вошли в озеро (an ozera or lake), носящее то же имя, что и река, и шли до места, называемого Кекенич (Quequenich), в 25 милях от Бойца. Весь этот день мы шли на веслах, приехали туда в час дня и остались там на ночь, чтобы нанять людей и лодки для дальнейшего путешествия.

Здесь оставил нас и уехал назад монастырский слуга, которого монахи послали проводить, нас до этого места. После того, как он нанял нам лодки и записал имена людей, которые должны были сопровождать нас, и поручил им доставить нас в целости и сохранности со всеми вещами до маленького городка Повенца (Povensa), он расстался с нами, не взяв никакого вознаграждения за свои труды, ибо так ему было приказано монахами.

Из Кекенича мы отправились на восходе солнца и весь день шли на веслах по озеру среди маленьких островов. Местные жители уверяют, что на их озере столько же островов, сколько дней в году. Вечером мы пришли в деревню, называемую Телекина (Tellekina), в 60 милях от Кекенича.

Из Телекиной мы выехали 9-го в 5 часов утра и, войдя в реку, прошли в этот день 13 миль. В одном месте мы тащили лодки и товары 3 мили по сухому пути. Вечером мы пришли в место по имени “Уречье на мели” (Oreiche na mealay), где ночевали.

10 августа мы выехали отсюда в 5 часов утра и дошли на веслах до места, в 20 милях от нашего ночлега, где река кончается. Тут мы оставили лодки и выгрузили товары; затем послали за 7 миль в Повенец человека за лошадьми, чтобы довезти туда наши товары. Когда приехали лошади, мы погрузили товары и после полудня благополучно прибыли в Повенец.

Город Повенец стоит в миле от знаменитого Онежского озера (lake or ozera of Onega), которое тянется на 320 миль в длину и имеет в некоторых местах до 70 миль в ширину, а в наиболее узких местах до 25 миль; оно питается множеством прекрасных рек, впадающих в него. Не более чем в 6 милях от берега глубина озера достигает 40—45 сажен.

Здесь следует заметить, что от Повенца до Сороки вниз по опасным рекам, по которым мы проехали, невозможно ни в какое время года [85] перевозить товары, идущие из Новгорода, Нарвы и иных подобных мест, ибо летом нельзя везти товаров вниз по рекам вследствие водопадов, спадающих со скал; то же самое происходит и зимой из-за силы и течения рек, которые иногда так поднимаются, что в некоторых местах никогда не замерзают. Все товары, идущие из Новгорода в Повенец, перевозятся Зимою сухим путем в селение, называемое Сумь (Some — Сумский посад), расположенное, как и Сорока, на берегу моря. Прямую дорогу по суше из Повенца в Сумь я укажу ниже.

Из Повенца мы выехали 12 августа в 9 часов утра на 2 маленьких лодках, нанятых до Толвуя (Tolvo) на Онежском озере, в 50 милях от Повенца, куда мы и прибыли 13-го утром.

Тут мы купили лодку, на которой мы и доехали с нашими товарами до самого Новгорода.

14-го мы выехали из Толвуя в 3 часа утра, а вечером приехали к некоему острову Саласальми, на том же озере, в 7 милях от Толвуя, и из-за противных ветров задерживались тут до утра 16-го.

Выехав 16-го в 8 часов утра из Саласальми, мы доехали 17-го утром до острова, называемого Вороньим, в 60 милях от Саласальми. Тут из-за противных ветров мы пробыли до 21 августа.

21-го, выехав от Вороньего острова за 2 часа до рассвета, мы прибыли в 2 часа пополудни в монастырь св. Климента, в 48 милях от Вороньего.

Из монастыря св. Климента мы отправились 22-го на рассвете вдоль озера с попутным ветром; не спуская парусов, мы плыли, захватив два часа после заката, и вошли в реку, называемую Свирь, у монастыря Вознесенья Христова (Vosnessino Christi) (Не монастыря, а погоста. В дальнейшем часто повторяется такое же смешение погоста и монастыря, например Никола-Медведь, Гостинополье.), расположенного в 5 милях от входа в реку, где и провели ночь. От монастыря св. Климента до этого места —160 миль. Мы плыли по течению реки.

23-го мы отбыли от Вознесенья Христова до восхода солнца и шли вниз по реке то на парусах, то на веслах, так что прошли в этот день 90 миль и заночевали в месте, называемом Вассиан (Vassian).

24-го мы выехали из Вассиана на рассвете и доехали до селения, называемого Селюкакс (Selucax), в 10 милях от Вассиана, где заночевали.

25-го в 4 часа утра мы вышли из Селюкакса и вошли в Ладожское озеро (Ladiskoie). Весь этот день, за исключением промежутка в 3 часа, дул небольшой ветер, к тому же он был нам попутный, так что мы шли и на парусах и на веслах; прошли 10 (?) миль вдоль берега и вошли в реку Волхов (Volhuski). Волхов берет начало в 20 милях выше [86] Новгорода, протекает через этот город и впадает в озеро, которое гораздо длиннее, чем Онежское, но не столь широко. Это озеро впадает в море, которое идет от пролива (Sound). Всякий корабль, имея хорошего лоцмана, может пройти из пролива (Sound) в Англию (Имеется в виду Зунд — пролив между Данией и Швецией.).

Только что войдя в реку, мы прибыли к монастырю Никола-Медведь (St. Nicholas Medved), где провели ночь.

26-го мы вышли из Николы-Медведя в 5 часов утра, гребли и тянули лодку весь день и к ночи пришли к другому монастырю, называемому Гостинополье (Gosnopoli), в 30 милях от Николы-Медведя. Здесь мы переночевали.

27-го в 6 часов утра мы вышли из Гостинополья, а вечером прибыли в место, называемое Мыслово (Moislave), в 46 милях от Гостинопольского монастыря; здесь мы провели ночь.

28-го мы вышли из Мыслова и в тот же день к ночи доехали до места, называемого Грузине, в 35 милях от Мыслова, где остановились.

29-го мы выехали из Грузина утром и к вечеру того же дня доехали до места, называемого св. Петр (Petroe svetoe — ныне Петровское), в 40 милях от Грузина. Здесь мы переночевали.

30-го утром мы выехали из [местечка] св. Петра и к 2 часам пополудни приехали в город Новгород, пройдя 20 миль от св. Петра. Тут мы нашли агента компании Уилльяма Роули, который был здесь задержан со всеми своими спутниками и не получал разрешения выехать из Новгорода в Москву под тем предлогом, что в Новгороде была чума. Мы передали ему все товары, привезенные из Колмогор, потому что на пути мы продали их на какие-то гроши; очень уж бедно везде население страны.

Ниже показана прямая дорога для перевозки товаров из Новгорода до Розового острова в бухте св. Николая, где ежегодно грузятся наши суда; вместе с тем указывается расстояние в милях от места до места.

20 миль от Новгорода до св. Петра.

40 миль оттуда до Грузина.

35 миль оттуда до Мыслова.

46 миль оттуда до монастыря Гостинополье.

15 миль оттуда до города Ладоги.

15 миль оттуда до Сельвназа (Selvnaz), на берегу Ладожского озера, хотя вдоль побережья озера много селений.

180 миль от гор. Ладоги до монастыря Вознесения Христова, на верховьях Свири, хотя по этой реке очень много селений; селенья или маленькие городки попадаются через каждые 5—6 миль. [87]

160 миль от Вознесенья Христова до монастыря св. Климента, хотя по всему берегу Онежского озера очень много селений.

48 миль оттуда до Вороньего.

67 — оттуда до города Толвуя; и здесь по всему берегу озера различные селенья, в которых везущие товары могут остановиться и добыть еду для людей и лошадей.

50 миль оттуда до Повенца, где кончается Онежское озеро.

Дорога от Повенца до Сумского посада такова:

30 миль от Повенца до Мастелина (Mastelina).

10 миль оттуда до Телекина (Telekina).

30 миль оттуда до Толвича (Tolvich).

35 миль оттуда до Карайча (Carraich).

20 миль оттуда до Варниц (Varnich).

10 миль оттуда до Острова.

15 миль оттуда до Лапина.

20 миль оттуда до самого Сумского посада (Some).

Надо отметить, что таким образом от города Новгорода до городка Сумы всего 936 миль, а от городка Сумы до монастыря св. Николая или Розового острова, у которых становятся на рейд наши суда, столько же миль, сколько от св. Николая до селения Сороки, как считают и русские и мы, а именно 325 миль. Так что от Новгорода до рой да св. Николая, по нашему счету, всего 1 261 миля или верста.

Далее следует заметить, что все товары, которые будут закупаться в Новгороде и пересылаться в Сумский посад, следует посылать санным путем зимою. Если же послать какой-нибудь товар водой, весною, после того как растает лед, то этим товарам придется все лето лежать в городке Повенце по той причине, что летней дороги между Повенцом и Сумским посадом не существует.

В Повенце можно нанять не мало складочных помещений; если бы товаров было столько, сколько могут увезти десять кораблей, то складов на это хватило бы. Но если много товара будет лежать там все лето и перевозиться в Сумы зимою, то в Повенце не легко достать лошадей, чтобы везти товар в Сумы. Поэтому для купленных в Новгороде товаров надо иметь подводы для перевозки их по санному пути в Сумы. По рассказам русских, можно иметь до 2 000 таких подвод. Из Новгорода каждый год зимой идет много санных подвод с возчиками в Сумы за солью; можно закупить пустые подводы, а потом пригнать их в Новгород и продать на рынке, или другим способом.

Из Новгорода в Сумский посад перевозка товаров обойдется по 8 или 9 пенсов с пуда; однако товары во всяком случае должны быть высланы из Новгорода к 6 января с тем расчетом, чтобы они были в Сумах к сретению, ибо если товары задержатся в дороге до 15 февраля, когда [88] солнце начинает греть, то дело может принять опасный оборот. Лед на глубоких озерах Ладожском и особенно Онежском трескается от дневного солнечного тепла, и если вдруг наступит неожиданная оттепель, как это часто бывает в это время года, то эти озера вскрываются и лед в них ломается, что влечет за собой гибель людей: тонут и люди и лошади; а между тем реки долгое время и после того остаются замерзшими.

В Сумском посаде также много складов; недостатка в них для наших товаров ждать нельзя. Точно так же найдется сколько угодно барок для перевозки ваших товаров из Сум на рейд св. Николая, и при этом перевозка обойдется не более как по 3 пенса с пуда. Таким образом от Новгорода до рейда св. Николая перевозка товаров будет стоить 2 алтына с пуда или по 23 алтына с бочки.

При всем этом надо учитывать, что дело идет о товарах, которые вы сами закупите и вышлете, ибо нет никакой надежды на то, что туземцы повезут свои товары из Новгорода в Сумы, чтобы там продавать их нам, особенно если принять во внимание большую торговлю, которую новгородцы ведут в Нарве, лежащей всего в 180 милях от Новгорода.

Писано Томасом Соутэмом, служащим компании.

(пер. Ю. В. Готье)
Текст воспроизведен по изданию: Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке. М. Соцэкгиз. 1937

© текст - Готье Ю. В. 1937
© сетевая версия - Тhietmar. 2005
© OCR - Abakanovich. 2005
© дизайн - Войтехович А. 2001 
© Соцэкгиз. 1937