Комментарии

1. В качестве исключения можно назвать небольшой, но чрезвычайно ценный труд историка XV в. Товмы Мецопеци «История Лэнк-Тимура и его преемников».

2. Лео, История Армении, т. III, стр. 362. (Здесь и далее подробные выходные сведения ом. в «Использованной литературе».)

3. См.: М. Вrоsset, Livre d'histoire, t. I, стр. 267—606.

4. См., например: И. П. Петрушевский, Очерки по истории феодальных отношений, стр. 48—50 и далее; «Сборник статей по истории Азербайджана», вып. 1; А. С. Тверитинова, Восстание Кара-Языджи — Дели Хасана в Турции.

5. Так, М. К. Зулалян в своей монографии «Движение джалалиев и положение армянского народа в Османской империи (XVI—XVII вв.)» наряду с турецкими и западными источниками широко использовал данные Аракела Даврижеци.

6. Пользуясь случаем, выражаем глубокую признательность М. О. Дарбинян-Меликян, которая при переводе «Хроники» Закария Канакерци на русский язык обнаружила в одной из рукописей этого труда (рук. № 3024 Матенадарана им. М. Маштоца, л. 1436) следующие строки: «В 1085 (1636) г. стал настоятелем [Ованнаванка] вардапет Аракел Даврижеци. Это тот, которого я много раз упоминал: его я расспрашивал обо всем, [у него] я учился. Пробыв духовным предводителем один год, уехал в Эчмиадзин и стал писать историю по велению католикоса Иакоба; умер и похоронен в Эчмиадзине».

7. Точная дата рождения Аракела Даврижеци нам неизвестна; однако сам Аракел говорит, что трудиться над книгой ему пришлось не в годы бодрой юности, а в годы жалкой старости, когда «был я стар, а также весьма хвор телом, померк свет очей моих и руки мои утратили твердость и дрожат». Поскольку Аракел Даврижеци умер в 1670 г., а лет ему в то время было около 80, можно думать, что родился он в последнем десятилетии XVI в.

8. Слово «Даврижеци» означает «Давризский», «Тавризский», т. е. уроженец г. Тавриза; это подтверждается и памятной записью автора.

9. Степанос Лехаци писал в памятной записи своего перевода книги Дионисия Ареопагита: «В то время много было [в Эчмиадзине] прославленных вардапетов — красноречивых, исполненных добродетелей, знающих и искусных, сочиняющих божественные книги; одним из них был историк Аракел-вардапет, который запечатлел в прекрасных и подобающих сказаниях хронику патриархов и царей» (см.: Г. Зарбаналян, История армянской книжности, ч. П, стр. 172).

10. Закарий Канакерци, Хроника.

11. Фр. Мюлле (см. его рецензию на второе издание «Книги историй» Аракела Даврижеци в журнале «Андес Амсореа») говорит, что ему с большим трудом удалось достать экземпляр этой книги. Ю. Г. Петерманн до своего путешествия на Восток книгу Аракела даже не видел, и лишь во время пребывания в Джуге ему посчастливилось достать один экземпляр этой книги для Берлинской библиотеки (см.: Н. Petermann, Reisen im Orient).

12. Все исследователи, обращавшиеся к труду Аракела Даврижеци, подчеркивали это обстоятельство. Особенно интересны с этой точки зрения высказывания А. Папазяна и Г. Пингирян. А. Папазян, занимавшийся изучением персидских документов Матенадарана им. М. Маштоца, в предисловии ко второму тому опубликованных им документов пишет: «Следует с удовлетворением отметить, что большое количество документов... еще раз подтверждает достоверность данных Даврижеци и более чем укрепляет веру исследователей в сообщаемые им важные исторические свидетельства» (см.: А. Д. Папазян, Персидские документы Матенадарана, вып. I.I, стр. 272).

Г. Пингирян, изучавшая архивные документы и памятные записи армянских рукописей, касающиеся истории армянской колонии г. Львова, в частности перипетий этой колонии, связанных с одиозным именем Никола Торосовича, обнаружила материал, подтверждающий достоверность чуть ли не каждого факта, каждого события, описанного Аракелом Даврижеци в XXVIII главе его книги. В интересном сообщении на объединенной научной сессии, посвященной армяно-украинским историческим связям (сентябрь 1967 г.), Г. Пингирян показала, что факты и данные Аракела Даврижеци совпадают с таковыми архивных документов и подтверждаются ими. См. «История» Аракела Даврижеци и ее источники...».

13. См.: Г. Зарбаналян, История армянской .книжности, ч. II, стр. 176.

14. См.: К. П. Патканов, Драгоценные камни, их названия и свойства.

15. См.: А. С. Анасян, Армянская библиология V—XVIII вв., т. I, стр. 1145.

16. Подробно об этом говорит В. Акопян, изучивший и издавший два тома мелких хроник, снабженных подробнейшим комментарием, указателем и серьезным исследованием этого жанра исторических сочинений (см.: «Мелкие хроники ХIII—XVIII вв.», т. 1, стр. 12—13).

17. Так, Аракел Даврижеци использовал сведения неизвестных авторов (ом.: «Мелкие хроники», т. 1, стр. 148-149, 167), а также хронику, отредактированную Григором Даранахци (там же, т. 2, стр. 262—263), и др.

18. Об этом говорит сам Аракел Даврижеци в небольшой памятной записи, предпосланной данной главе (ср.: «Мелкие хроники», т. 1, стр. 114, прим. 2).

19. А. Заминян, История армянской литературы, стр. 240.

20. Интересно отметить, что Аракел Даврижеци, анализируя причины неудач Грузии в борьбе с иноземными захватчиками, ставит на первое место разрозненность отдельных частей феодальной Грузии, раздробленность ее.

21. Лео высказывает предположение, что эти пять глав не принадлежат леру Аракела Даврижеци ('см.: «История Армении», т. III, стр. 363).

22. Ф. Энгельс, Крестьянская война в Германии,— К.Маркс и ф. Энгельс, Соч., изд. 2, т. 7, стр. 360.

23. Как отмечает И. П. Петрушевский («Очерки по истории феодальных отношений», стр. 49—50), для историка-востоковеда, пользующегося в своих исследованиях трудами иранских и турецких придворных историографов, излагающих в них военную и династийную историю, играет первостепенную роль именно независимость Аракела Даврижеци от официальной правительственной точки зрения, приверженностью к которой страдают почти все упомянутые источники. Это ставит труд Даврижеци в особое положение, давая исследователю возможность сравнивать сведения и факты, сообщаемые персидскими и турецкими авторами, с аналогичными фактами армянского историка.

24. «Простота и непринужденность в изложении Аракела говорят в пользу достоверности его сказаний и открытого характера», — констатирует Ст. Назарянц (см.: «Обозрение истории гайканской письменности», стр. 4248); «Это правдивый и беспристрастный историк; он вовсе не стесняется и открыто показывает худшие стороны своих соплеменников», — говорит А. Заминян (см.: «История армянской литературы», стр. 240); «Все это написано просто и безыскусственно, но с чувством и правдиво», — пишет Г. Алишан (см.: «Айапатум», ч. I, стр. 131, № 134). Это же подчеркивали позже М. Абегян (см.: «История древнеармянской литературы», т. II, стр. 452) и Лео (см.: «История Армении», т. III, стр. 362).

25. Г. Алишан (см.: «Айапатум», ч. I, стр. 131), А. Заминян (см.: «История армянской литературы», стр. 240), Г. Зарбаналян (см.: «История армянской книжности», ч. II, стр. 178—179) считают, что язык его далек от изысканности, груб и прост.

26. Е. Дурян, История армянской словесности, стр. 80—81.

27. М. Абегян, История древнеармянской литературы, т. II, стр. 444.