Библиотека сайта  XIII век

ПЕТР ИЗ ДУСБУРГА

ХРОНИКА ЗЕМЛИ ПРУССКОЙ

CHRONICON TERRAE PRUSSIAE

98. О ПОБЕДОНОСНОМ СРАЖЕНИИ, В КОТОРОМ ГРАФЫ ИЗ ЮЛИХА И МАРКИ УБИЛИ ТРИ ТЫСЯЧИ САМБОВ

Потрясенные всеми этими волнениями, братья и христиане земли Прусской, уже на грани гибели, смутившись духом, плакали горьким плачем 289, доколе не стало в них силы плакать 290 и не могли уже утешить друг друга, ибо боялись навлечь на себя еще больший гнев Божий. Уже два года сражались они и всегда терпели поражение, а враги веры торжествовали победу. Вот почему со смиренной и смятенной душой, воззрев на небо, они со слезами воззвали к [95] Господу о помощи, и Он внял им. Ибо Он послал графа из Юлиха 291 и из Марки графа Энгельберта 292 с великой силой рыцарей, которые в год от Рождества Христова 1262, в канун дня святого Винцентия 293, под вечер пришли в замок Кёнигсберг. И они хотели в тот же день взять укрепления самбов, которыми был осажден Кёнигсберг, но братья отсоветовали, ибо оставались считанные дни до столь славной битвы. Наутро, когда войско христиан собиралось приступить к захвату укреплений, там не осталось ни одного самба; они ушли, бросив укрепления, и преградили путь пилигримам. Встревоженный этим, граф юлихский отступил со своим войском, не зная, есть ли засады на его пути. Для этого по совету братьев он выслал вперед гонцов, которые расследовали пролегавшие пути; один из них, а именно Стантеко, столкнувшийся со стражей самбов, вернулся тяжело раненный с обнаженным и обагренным кровью мечом и указал на засаду. Вот почему пилигримы приготовились к битве, а граф из Марки верхом, прочие пешими обрушились мощным ударом, так что, хранимые божественной силой, они торжествовали над врагами, одних они сразили мечом, другие обратились в бегство, третьи отошли в деревню, которая некогда называлась Калиге, а ныне называется Склуниен 294, откуда их изгнали с большим трудом. Ведь пришлось призвать всех братьев и их оруженосцев из Кёнигсберга. Они храбро напали на них и после долгой битвы, в которой с обеих сторон многие были ранены и убиты, всех уничтожили. Итак, по воле Божией в тот день было убито более трех тысяч самбов и прочих пруссов, в тот же день, что и год тому назад, когда произошла битва при Покарвисе.

99. О ПРЕДСКАЗАНИИ ЭТОЙ ПОБЕДЫ

Это побоище самбов предсказал один прусс и с такой уверенностью утверждал, что оно будет, что слышали, будто он говорил, поклявшись своей головой, братьям из Кёнигсберга, я не знаю, по чьему внушению: «В день святого Винцентия самбы погибнут». Но когда войско пилигримов в тот день ушло, его упрекнули во лжи, но он, все еще упорствуя на своем утверждении, сказал: «Все равно, сегодня самбы погибнут или земля разверзнется и, словно Дафана и Авирона 295, поглотит их живыми». И как он предсказал, так и вышло.

100. О САМБАХ-ХРИСТИАНАХ, ПРИСОЕДИНИВШИХСЯ К БРАТЬЯМ ИЗ КЁНИГСБЕРГА

И все же поражение это не придало самбам ума вернуться в лоно святой матери церкви, но, гордо подняв головы, они вознегодовали против бича Господня и вызвали братьев на жесточайшую битву; не было среди них лишь немногих мужей знатного [96] рода и нобилей, которые, покинув отчий дом, один за другим пришли в замок Кёнигсберг со всей челядью своей и преданно присоединились к братьям.

101. О ВОЙНЕ БРАТЬЕВ ИЗ КЁНИГСБЕРГА С САМБАМИ ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА И СНАЧАЛА С ВОЛОСТЬЮ КВЕДЕНОВ

Налубо, сын Склодо из Кведенова, человек с неустрашимой душой и неукротимым сердцем, однако самонадеянный, считая постыдным, если он так быстро подставит братьям выю свою, не пожелал следовать за сородичами своими. Вот почему, когда встревоженные братья собрались с войском выступить против него, брат его, а именно Варгуло, досадуя, что он по молодости так строптив, пришел с разрешения братьев и сказал ему: «Проклятый Налубо, теперь поднимайся и будь изгнанником и скитальцем из земли твоей, ибо ты не внял словам моим и сородичей твоих; иначе братья и оруженосцы их, которые уже в пути, убьют тебя». Он бежал в соседнюю волость Скокен и спасся один-единственный, но вся челядь его и имущество были уничтожены братьями. Наконец тот Налубо, обессиленный частыми нападениями, подчинился вере и стал человеком, достойным похвалы в вере и крещении.

102. О ТОМ, КАК ТРУДНО БЫЛО ДОСТАВЛЯТЬ ПРОВИЗИЮ В ЗАМОК КЁНИГСБЕРГ

Пруссы, коснея в пороках своих, замышляли, как бы разрушить замок Кёнигсберг, а именно то место, которое Господь предназначил в похвалу и славу имени Своего 296. Вот почему, мстя за все их измышления, Он все действия, какие бы они ни предпринимали, свел на нет. Итак, пруссы, полагая, что не смогут взять замок Кёнигсберг силой, однако, будучи людьми искушенными и знающими военные тонкости, они снарядили много судов и с них разбивали и уничтожали корабли братьев, везущие провизию в упомянутый замок, чтобы, лишив таким образом пропитания, умертвить и самих братьев. Встревоженные этим братья и комтур тайно послали одного человека, который продырявил упомянутые суда буравом, и он проделывал это столько раз, что, изнуренные борьбой и потерями от натиска кораблей братьев, из которых они многие разбили, взяв в плен и убив людей, они вынуждены были отступить.

103. О РАЗРУШЕНИИ МОСТА, ПОСТРОЕННОГО ПРУССАМИ НА РЕКЕ ПРЕГЕЛЬ

А когда пруссы таким образом не преуспели, они собрались снова и, измышляя разные способы для осуществления начатого злодейства, наконец все единодушно сошлись на том, чтобы построить [97] мост через реку Прегель, а на каждом конце моста — прочное укрепление наподобие башни, и так можно было бы отбирать все, что ни отправлялось по реке в замок Кёнигсберг. Когда братья в упомянутом замке, уже полумертвые от голода, узнали об этом, они, предпочтя погибнуть в сражении 297, чем так жалко умереть от голода, отправились во всеоружии на судах, и, когда приблизились к месту и уже встали на якоря, подул сильный ветер и быстро понес их к мосту, что было сделано провидением Божиим, и, подойдя к мосту, они обнаружили на нем в укреплениях по концам его много вооруженных людей; находившиеся на мосту и в укреплениях оказывали им мужественный отпор; и завязалась между ними такая жестокая битва, какой никогда не было видано в этом веке между немногими бойцами. Наконец послал им Бог помощь и защиту свыше, чему, несомненно, следует верить, ибо человеческой силе было почти невозможно противостоять такому множеству, так что, когда враги бежали, братья до основания разрушили и уничтожили мост и укрепления. В этом сражении некий брат Гевехард, выходец из Саксонии, преследуя некоторых бежавших пруссов, одному из них одним ударом меча отсек голову; а тот, раненный этим ударом, не упал тут же на землю, но без головы пробежал с остальными еще небольшое расстояние и лишь потом упал. Братья и прочие видевшие чрезмерно удивились этому, уверяя, что никогда еще такого не видывали.

104. О ШТУРМЕ ЗАМКА КЁНИГСБЕРГ

Вскоре после этого Генрих Монте, предводитель наттангов, собрав огромную рать, пришел на поле Кёнигсберг, чтобы штурмовать замок. Ему навстречу вышли братья со своими оруженосцами, со своей стороны оказывая мужественное сопротивление. Но вышеупомянутый Генрих Монте, увидев издали, что брат Генрих Уленбуш заряжает баллисту 298, быстро подоспел к нему, говоря: «Сегодня ты у меня отправишься на небо», — и пронзил его копьем своим, тяжело ранив; впрочем, от этой раны его потом исцелили. Видя это, один слуга ранил упомянутого Генриха коротким копьем и тем отомстил ему. Потеряв силы от этой раны, он ни с чем отступил с войском своим.

105. СНОВА О НЕМ ЖЕ И ОБ ОДНОМ ЧУДЕ, ПРОИСШЕДШЕМ С ЧЬЕЙ-ТО БАЛЛИСТОЙ

Никому не хватит слов, чтобы досконально поведать, сколькими и какими разнообразными и изощренными способами самбы и прочие пруссы не раз штурмовали замок Кёнигсберг, так что с обеих сторон было много убитых и смертельно раненных. Вот почему [98] случилось однажды, что самбы, штурмовавшие с войском упомянутый замок, стали такими грозными в этом сражении, что один брат среди прочих оборонявшихся был вынужден бросить заряженную баллисту и едва спасся бегством. Подняв эту баллисту, один самб повесил ее себе на шею. Другие, окружив его, чрезвычайно дивились тому, что это такое, ибо раньше такого не видели, и прикасались к ней руками в разных местах; наконец, когда кто-то нажал на спуск, струна баллисты перерезала ему горло, так что вскоре он умер. Поэтому пруссы с тех пор очень боялись баллист.

106. О РАЗРУШЕНИИ ГРАДА КЁНИГСБЕРГА, СТОЯЩЕГО НА ГОРЕ СВЯТОГО НИКОЛАЯ

Вокруг приходской церкви Святого Николая на горе близ замка Кёнигсберг братья поставили некий город, и, поскольку он не был хорошо укреплен, неожиданно нагрянули самбы и, взяв в плен и убив многих людей, подвергли его плачевному разрушению. Вот почему после он был перенесен в долину между Прегелем и замком в то место, где находится и по сей день.

107. О РАЗОРЕНИИ ДЕРЕВНИ ДРАМЕНОВ 299 И ГИБЕЛИ МНОГИХ САМБОВ

Никто не мог бы описать, а если бы и написал, ему бы вряд ли поверили, как озабочены были братья при натиске самбов тем, чтобы снова обратить их в христианскую веру. Вот почему, ослабив и обратив в бегство тех, что жили в волостях Вальдов, Кведенов и Варген 300 и прочих соседних волостях, братья с войском выступили против волости Побетен и, когда они отступали с огромной добычей, разорив одну деревню, называемую Драменов, захватив в плен и убив многих, на них напали преследовавшие их враги и едва не обратили в бегство. Но брат Генрих Уленбуш, отважный человек, противостоял им и оказывал такой мужественный отпор, что прочие, собравшись с силами и воспрянув духом, вернувшись к битве, убили великое множество вышеупомянутых самбов.

108. О ПОБЕДЕ БРАТЬЕВ НАД САМБАМИ В ВОЛОСТИ БЕТЕН

В земле Самбии есть одна волость, называемая Бетен 301, в которой живут воинственные и такие сильные люди, что из одной деревни на битву могут выступить 500 человек; братья из Кёнигсберга одни не осмеливались напасть на них. Вот почему они попросили магистра Ливонии 302, чтобы из своих пределов отрядил им на подмогу братьев и оруженосцев, назначив день и место, когда и где они должны встретиться для битвы. Итак, братья, пришедшие из Кёнигсберга со своим войском в указанный срок к [99] намеченному месту, начали опустошать упомянутую волость огнем и мечом, еще не соединившись с ливонцами. Вот почему потревоженные самбы, собравшись, мощным ударом обрушились на войско братьев, и, когда они уже готовы были обратиться в бегство, к чему вынуждала их чрезмерная сила врагов, подоспело войско ливонских братьев с многочисленной и сильной конницей, и вот, напав вместе на врагов, они предали мечу все это войско самбов, взяв в плен женщин и детей. Обитаемые места этой и близлежащей волостей они обратили в пепел.

109. О ВОССТАНОВЛЕНИИ МИРА МЕЖДУ БРАТЬЯМИ И САМБАМИ

Самбы, которых Господь через братьев и других христиан этими и прочими лишениями исправил, не в состоянии более оказывать отпор, отдав детей своих в залог, снова обратились в веру христианскую.

110. ОБ ОТСТУПЛЕНИИ САМБОВ ИЗ ВОЛОСТИ РИНОВ

Но враг рода человеческого, диавол, которому всегда ненавистен мир и покой христиан, надоумил тех людей Самбии, что жили в волости Ринов, чтобы они снова впали в порок вероотступничества. Вот почему они, собравшись, штурмовали с войском замок епископа самбийского 303 Фишхаузен, в котором на сей раз было всего два человека, а именно один брат и его слуга. И вот чудо. Поразив зрачки, злоба их ослепила их; 304 так что они не видели пояс или ремень, висящий перед глазами их, с помощью которого они могли бы открыть ворота упомянутого замка; ведь стоило им только шевельнуть мизинцем, как замок был бы до основания разрушен. И вот после непродолжительного штурма они ни с чем отступили.

111. О РАЗОРЕНИИ ВОЛОСТИ РИНОВ И ГИБЕЛИ ЕЕ ЖИТЕЛЕЙ

Когда это дошло до слуха братьев из Кёнигсберга, они, возмутившись этим, собрали с прочими самбами войско и, вторгшись в упомянутую волость Ринов, убили всех мужчин, а женщин и детей со всем их имуществом увели; итак, снова упокоилась в мире земля Самбии, как и прежде.

112. О СООРУЖЕНИИ ЗАМКОВ ТАПИОВ И ЛОХШТЕДТ В ЗЕМЛЕ САМБИИ

После второго вероотступничества они построили замок Тапиов, который пруссы называют Сургурби 305, а со временем замок Виклантсорт, называемый ныне Лохштедт, по имени одного самба [100] Лаукстиете, жившего там, укрепив их, чтобы легче было обуздывать коварство самбов.

113. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА ГИРДАВИИ 306

В это время 307 некто по имени Гирдав, чей род доныне зовется Рендалия, ревнитель веры и христиан, владел в земле Барте замком, по его имени называемом Гирдав. Когда после многих битв и штурмов, которые он выдержал со стороны своих соотечественников-вероотступников, у него совершенно не осталось провизии, он сжег замок и со всеми чадами и домочадцами своими ушел к братьям в Кёнигсберг.

114. О ГИБЕЛИ ШЕСТИ БРАТЬЕВ И МНОГИХ ХРИСТИАН В ЗАМКЕ ВАЙСТОТЕПИЛА 308

В той же земле Барте, как повествуют некоторые, у братьев был замок, называемый Вайстотепила, стоящий на берегу реки Гобрионы. Однажды эти братья преследовали войско пруссов, разорившее там две деревни. Но пруссы, прорвавшись сквозь засады, которые те расставили, убили шесть братьев и многих христиан.

115. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА ВАЙСТОТЕПИЛА

Не довольствуясь тяготами братьев, пруссы собрали огромную рать и, осадив замок Вайстотепила, весь день до сумерек мощно штурмовали его, а братья со своей стороны мужественно оборонялись. Но когда пруссы ни с чем отступили, братья, рассудив, что замок не крепок и никак не сможет устоять целым и невредимым против таких мощных штурмов, сожгли замок и незаметно ушли.

116. О ЗАМКЕ ВИСЕНБУРГ И ГИБЕЛИ 20 БРАТЬЕВ И МНОГИХ ХРИСТИАН

Замок Висенбург, называемый пруссами Валевона 309, находился в земле Барте, на берегу реки Гобрионы; к нему из Судовии и прочих языческих пределов пришло войско и, разорив окружающую местность, ушло. После этого некто из дружины братьев посоветовал им, отринув страх, погнаться за ними. Братья, согласившись с ним, быстро устремились за ними со своим войском, но так как сразу же их не нашли, то хотели вернуться. Но этот предатель не позволил, клятвенно обещая, что близ реки, называемой Ванграпия 310, они их, несомненно, настигнут. Когда они [101] приблизились к этому месту, враги внезапно напали на них, как будто это было подготовлено. Видя это, братья поднялись на гору поблизости и с нее долгое время мужественно оборонялись, и многие пали с обеих сторон. Наконец, по воле Господа, пруссы взяли верх и убили 20 братьев и перебили все их войско.

117. О РАЗГРОМЕ ЗАМКА ВИСЕНБУРГ

Этот замок Висенбург осаждался пруссами почти три года, и поставили они три камнемета, которыми ежедневно штурмовали замок. Наконец братья, быстро похитив один из них, доставили в замок и долго им оборонялись. Вскоре после, когда у них иссякли припасы, братья со своими оруженосцами, покинув замок, незаметно ушли, в год от Рождества Христова 1263, держа путь в княжество Мазовии 311. Когда об этом стало известно, Диван, бывший тогда вождем бартов, погнавшись за ними со многими оруженосцами, не мог настигнуть их, ибо их уже усталые кони отказались идти; он, взяв с собой 13 человек на более быстрых конях, повел их за собой, и когда они приблизились, то нашли братьев, уже обессилевших от голода и не в силах сражаться от усталости, и он мощным ударом обрушился на них и в первой схватке убил троих. Прочие, обороняясь, тяжело ранили упомянутого Дивана, и тогда он прекратил битву, а братья со своими людьми ушли в мире.

118. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА КРЕЙЦБУРГ

В тот же год от Рождества Христова, а именно в 1263, когда замок Крейцбург осаждался наттангами три года тремя камнеметами и тремя укреплениями, братья с дружиной своей после многих славных битв, совершенных здесь, когда у них кончились припасы, незаметно ночью ушли из замка. Когда это узнали пруссы, они погнались за ними и всех, кроме двух братьев, предали мечу.

119. О ШТУРМЕ ЗАМКА БАРТЕНШТЕЙН

Во время осады в замке Бартенштейн было 400 братьев и прочих оруженосцев, а пруссы соорудили три укрепления вокруг замка, в которых постоянно находилось 1300 отменных воинов. Было у них также три камнемета, которыми они ее штурмовали. Но до ее разгрома, не говоря о многих чудных деяниях, совершенных там братьями, в упомянутом замке Бартенштейн был один человек по имени Милигедо 312, который был таким смелым, что, убив его, пруссы сочли бы, что убили половину осажденных. [102] Посему они совещались, как бы хитростью заманить и убить его, и, измышляя разные хитрые способы, они начали следующим образом. Устроив сперва засады, они послали одного человека, доблестного воина, на посрамление военной силы осажденных, как Голиафа — полков сыновей Израиля 313. Он воскликнул громким голосом, сказав: «Если есть кто-нибудь в замке, кто дерзнет вступить в поединок со мной, пусть выходит!» Услышав это, Милигедо, испросив разрешения братьев и получив его, вышел и погнался за ним. Но, когда он увидел, что, выйдя из засады, появилось огромное полчище врагов, он, убив того, бежал в лес и тайными путями вернулся в замок Бартенштейн. Не раз и так и этак подступались они к нему, так что, в конце концов, обманув, убили его. Точно так же был ими убит один человек по имени Троппо 314, воплощение мужества и ревнитель веры. От смерти их была великая радость в народе прусском и, напротив, великая скорбь 315 охватила братьев. Но чтобы обратить их радость в скорбь и печаль, братья повесили на виселице, поставленной у ворот замка, 30 прусских заложников, которых они держали в плену. Отчего случилось, что, когда пруссы увидели сыновей и сородичей своих повешенными, заплакали и они тоже горьким плачем 316.

120. О РАЗРУШЕНИИ ТРЕХ УКРЕПЛЕНИЙ И ГИБЕЛИ БОЛЕЕ ТЫСЯЧИ ПРУССОВ

После этого произошла одна стычка между дружиной братьев и пруссами, осаждавшими их, из-за одного котла, который нужно было перенести из одного укрепления в другое; в нем пруссы имели обыкновение варить священные приношения по обычаю своему. На эту битву вышли братья со 150 воинами, и завязалось между ними великое сражение. Наконец братья, по воле Господа, силой отобрали котел и, пройдя дальше, до основания разрушили те три укрепления, так что из 1300 человек, назначенных для обороны их, едва ли кто уцелел, а со стороны братьев пал только маршал.

121. О ТОМ, КАК БРАТЬЯ ОСТАВИЛИ ЗАМОК БАРТЕНШТЕЙН

Когда укрепления были снова восстановлены, а братья на четвертый год, то есть в год от Рождества Христова 1264, лишившись припасов, не могли более оказывать отпора пруссам, они трижды обманули их, и вот как. Братья со всей дружиной своей молча скрывались за стенами замка с утра до девяти часов 317, и когда пруссы увидали, что в замке никто не показывается, то подумали, что осажденные бежали, и мощным ударом штурмовали замок. Но братья, выйдя из укрытий, оттеснили их, многих убив и смертельно [103] ранив стрелами и ударами камней. Наконец после бесконечных стычек и битв один благочестивый брат воззвал к Богу, чтобы он явил ему, что надлежит делать при таких обстоятельствах. Глас небесный ответил ему: «Иуда и Иерусалим! Не бойтесь и не ужасайтесь. Завтра выступите, и Господь будет с вами; 318 будьте стойкими; вы увидите, что помощь Господа с вами». Услышав это, на другой день братья, разделившись и разделив дружину свою на две части (одна из них пошла в замок Кёнигсберг, другая — в Эльбинг) и захватив святые мощи и оставив в замке одного брата, старого, дряхлого и слепого, который не мог идти с ними, ушли. А этот брат, что остался в замке, как обычно, каждый канонический час 319 подавал колоколом сигнал. Наконец, когда он не мог долее скрываться, враги подобрались к замку и, когда увидели, что никто не сопротивляется им, вошли и, убив брата и сохранив для себя замок, вели из него многие сражения с братьями.

122. О ШТУРМЕ ЗАМКА ВИЛОВ

В это время мощная рать пруссов, судовов и литвинов вторглась в землю Самбийскую и, поставив литвинов с одним камнеметом с одной стороны, а остальных с другим — с другой, восемь дней, ежедневно штурмуя, осаждали замок Вилов. Наконец однажды, когда все сошлись для битвы, лучники со стрелами, камнеметы, прочие — с дровами и соломой для сожжения замка, а остальные другими способами досаждали осажденным, Генрих фон Таупадел, после ставший братом ордена дома Тевтонского, муж доблестный и в совершенстве владевший искусством баллистариев, призвал осажденный народ к обороне и с ним потушил огонь, не раз разводимый для сожжения замка. В этой жесточайшей битве многие язычники были убиты и смертельно ранены; но вышеупомянутый Генрих, выстрелив из баллисты, пронзил стрелой и убил одного знатного и властьимущего человека, вождя литвинов, а с другой стороны выстрелил в одного мастера, который, чтобы починить камнемет, поднялся на верх его, и стрелой пригвоздил ему руку к камнемету; увидев это, испуганные язычники сняли осаду.

123. О ГИБЕЛИ БРАТА ХЕЛЬМЕРИКА, МАГИСТРА, И 40 БРАТЬЕВ И МНОГИХ ХРИСТИАН

В том же году 320 Генрих Монте, вождь наттангов, с сильным войском вторгся в землю Кульмскую и, не говоря о множестве людей и прочей неисчислимой добыче, которую он забрал с собой, он сжег все сооружения, стоящие за пределами укреплений, [104] и обагрил ту землю кровью христианской. Когда это достигло слуха магистра брата Хельмерика, он созвал всю силу войска своего и гнал их до земли Любавской и, построив войско свое к сражению, доблестно напал на них. Пруссы же, окруженные засеками, сначала оказывали решительный отпор, но наконец бежали, а христиане, гонясь за ними, рассыпались и, хотя в этом бегстве они многих убили, все же, когда пруссы увидели у знамени горсточку людей, объединившись, вернулись к засекам и, начав новую битву, длившуюся долго, в конце концов, по воле Господа, чьи пути неисследимы 321, убили магистра и брата Дитриха, маршала 322, и 40 братьев и все войско христианское, и совершено было такое избиение народа Божиего, что считается оно большим, чем то, что было раньше в куршском сражении, ибо, хотя здесь не было стольких убитых, как там, однако погибли почти все видные и выдающиеся люди, чьей мудростью и усердием управлялась и земля Прусская и велась война. После одна отшельница, живущая в месте этого сражения, много раз видела ночью горящие свечи, явное свидетельство того, что павшие там уже приняли терновый венец от Царя мучеников.

124. О БРАТЕ ЛЮДВИГА, VII МАГИСТРЕ ЗЕМЛИ ПРУССКОЙ

Брат Людвиг фон Бальденсхейм 323, VII магистр Пруссии, возглавлял орден шесть лет в год от Рождества Христова 1265. В это время маршалом был брат Фридрих фон Хольденштете 324.

125. О ПРИХОДЕ МНОГИХ ПИЛИГРИМОВ

Когда молва о разрушении всех замков, о которых говорилось выше, облетела пределы Алемании, встревожились короли и правители, и чтобы церковь Божия в пределах Пруссии, до краев залитая кровью христианской, вконец не погибла, но их радостным приходом стала бы усиливаться, то в год от Рождества Христова 1265 герцог брауншвейгский и ландграф тюрингский 325, в год от Рождества Его же 1266, Оттон, маркграф бранденбургский, с сыном и братом по плоти; 326 в год от Рождества Его же 1268 Отакар, король Богемии, в сопровождении многих рыцарей и при полном вооружении пришли в Пруссию на помощь упомянутой земле, а именно, чтобы подавить мятеж пруссов. А поскольку еще не настал час, когда Богу было угодно сжалиться над народом своим, но Он продолжал карать, упомянутые правители не смогли осуществить вожделенное желание из-за мягкой зимы, но, оставив христиан земли Прусской в большой опасности, воротились восвояси. [105]

126. О БРАТЕ УЛЬРИХЕ И ГИБЕЛИ 50 ПРУССОВ

В то время был в дружине Кёнигсберга брат Ульрих из Магдебурга, который был до того силен телом, что превосходил силы многих людей. Ведь он брал любых двух оруженосцев одним пальцем за пояс сзади и высоко поднимал их, хотя они упирались. Он с несколькими братьями и оруженосцами был назначен для охраны кораблей христианских, которые пришли по морю в Прусскую землю 327, до того нередко разоряемую пруссами. Посему случилось, что, когда он остался с горсточкой людей около упомянутых кораблей, пришли вооруженные пруссы с пятью кораблями, и, когда они приблизились, чтобы разбить их корабли, брат Ульрих схватил мачту с корабля своего и, пробив их корабли, все потопил, так что с кораблями их утонули 50 пруссов. Прочие при виде этого в страхе ушли.

127. О СООРУЖЕНИИ ЗАМКА БРАНДЕНБУРГ 328

В год от Рождества Христова 1266 маркграф бранденбургский, как говорилось выше, со множеством рыцарей пришел в землю Прусскую, и поскольку другого сделать не смог, то по совету магистра и братьев построил замок Бранденбург и пожелал так назвать на вечную память в честь маркграфства своего.

128. О СМЕРТИ СВЯТОПОЛКА, КНЯЗЯ ПОМЕРАНИИ, И О МЯТЕЖЕ МСТИВОЯ, СЫНА ЕГО, ПРОТИВ БРАТЬЕВ

В тот год слег Святополк, князь Померании, и, почувствовав, что умирает, призвал 329 к себе сыновей 330 своих и в качестве последнего завещания, которое он утвердил смертью 331, дал им такое наставление, говоря: «После того как между мною, с одной стороны, и братьями дома Тевтонского — с другой началась война, я все ослабевал; всеми правдами и неправдами, и так и сяк я нападал на них, и не было мне удачи, ибо с ними — Бог, и Он сражается за них. Посему советую вам никогда не выступать против них, но почитать со всяческим благоговением». Этому наставлению не внял Мстивой, перворожденный сын его. Но по смерти отца 332, когда он стал князем Померании, из-за какой-то безрассудной дерзости идя по первым зловещим следам своего отца, надоумил пруссов, чтобы землю Кульмскую и епископат Помезанский 333 напротив замка его Нейенбург 334 они разорили с войском огнем и мечом, и они, пруссы с одной стороны Вислы, а воины из замка Нейенбург — с другой, мощно атаковали 15 кораблей братьев, снаряженных всем необходимым для защиты веры и христиан, пока корабельщикам не пришлось уйти (ибо иначе они спастись не могли), все сбросив с кораблей. [106]

129. О МЕСТИ ЗА ЭТОТ МЯТЕЖ

Узнав об этом, магистр с братьями, собрав большую рать, в день святых апостолов Петра и Павла 335 вторгся в землю Померании близ замка Нейенбург и после, с наступлением осени, испепелил волости близ града и замка Дерсовии 336 и другого замка, захватив много людей и скота. После этого Мстивой, князь Померании, который прежде, словно лев, бросался на братьев и их подданных, ныне, усмиренный таким потрясением, унижаясь, со многими мольбами, добился у магистра, чтобы между ним и магистром и братьями был восстановлен прежний мир 337.

130. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА БРАНДЕНБУРГ

Брат Фридрих фон Хольденштете, комтур Бранденбурга, с братьями и оруженосцами своими пошел на волость Наттангии, называемую Солидов 338, близ замка Крейцбург и разорил ее огнем и мечом, многих убив и взяв в плен. На обратном пути встретился ему гонец, сказавший, что замок Бранденбург разрушен, и вот как. Одна прусская женщина, низкого положения, дочь Белиала, ушла из упомянутого замка и сообщила Глаппо, вармийскому вождю, об отсутствии братьев; он, придя со многими воинами, взял его. Услышав об этом, разгневанный комтур пошел со своими людьми на Кёнигсберг и, вернувшись на корабле в Бранденбург, братьев и прочих из дружины своей, которые оборонялись в деревянной башне упомянутого замка, живых и невредимых увел с собой от штурма и натиска пруссов.

131. О ВОССТАНОВЛЕНИИ ЗАМКА БРАНДЕНБУРГ И О ДОСТОЙНОЙ ПОХВАЛЫ ЖИЗНИ В НЕМ ОДНОГО БРАТА

Маркграф бранденбургский, узнав, что замок, воздвигнутый им, разрушен пруссами, разгневался и, снова собрав большое войско, вернулся в Пруссию и по совету магистра и братьев на том же месте поставил другой замок с тем же названием 339. В этом замке был некий благородный брат Герман фон Лихтенбург, который постоянно носил броню на голом теле вместо рубахи, не говоря о прочих умерщвлениях плоти и воздержаниях, которые он наложил на себя. Вот почему случилось, что, когда он поспешно выступил в сражение, надев, как полагается, прочие доспехи, его плоть была настолько изъязвлена, словно изъедена скорпионами. Когда священник брат Петр, исповедник его, убеждал его, что во время сражения следует снимать броню из-за тяжести прочих доспехов, он ответил, что никакие обстоятельства не смогут принудить его к тому, чтобы он при жизни снял ее. Но той же ночью явилась ему Пресвятая [107] Дева Мария, которая легким прикосновением руки исцелила его, так что, когда вышеупомянутый брат Петр снова увидел его, на коже его не было никаких нездоровых пятен.

132. О БРАТЕ ДИТРИХЕ 340, VIII МАГИСТРЕ ПРУССИИ

Брат Дитрих фон Гатирслебе, VIII магистр земли Прусской, возглавлял орден б лет, в год от Рождества Христова 1271. А маршалом в это время был брат Конрад фон Тирберг-старший.

133. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ЗЕМЛИ НАТТАНГИИ ГОСПОДИНОМ ДИТРИХОМ, МАРКГРАФОМ МЕЙССЕНСКИМ 341

В год от Рождества Христова 1272, когда, взглянув, увидел Господь страдания народа Своего в Пруссии, и уже пришла полнота времени 342, когда Он пожелал сжалиться над Своими людьми, господин Дитрих, маркграф мейссенский, сын славного правителя господина Генриха, о котором говорилось выше, в войне помезанской, пришел в Пруссию со множеством воинов и когда вместе с магистром и братьями собирался напасть на врагов, то обнаружил на границе земли Наттангии укрепление, обороняемое многими оруженосцами, препятствовавшими вторжению упомянутого правителя. Но братья Дитрих и Гюнтер, братья из Регенштейна, вместе с братьями и оруженосцами разрушили упомянутое укрепление, всех убив или взяв в плен. После этого упомянутый правитель, следуя по священным следам своего отца, словно бесстрашный лев, который не пострашится ни перед кем 343, прошел со своим войском, войдя в землю Наттангии, до торга, называемого Геркин 344, где пробыл три дня и три ночи, каждый день обходя Наттангию с огнем и мечом. И он учинил им такое побоище, что на будущий год они снова подчинились вере и братьям. Итак, совершив это, тот господин маркграф вернулся в пределы свои, однако понеся человеческие потери, ибо из людей его в первом штурме укрепления пали от руки пруссов 150, а при разорении замка Наттангии 50 человек. Этот благочестивый правитель кроме многих других благодеяний, оказанных им братьям ради упрочения земли Прусской, посвятил в орден дома Тевтонского 24 благородных и доблестных человека из дружины своей и, позаботившись, чтобы у них ни в чем не было недостатка, что требуется для священной и воинской службы, оставил их в земле Прусской.

134. О БРАТЕ КОНРАДЕ, IX МАГИСТРЕ ПРУССИИ

Брат Конрад фон Тирберг-старший 345, IX магистр земли Прусской, возглавлял орден 6 лет, в год от Рождества Христова 1273. Он, будучи призван в капитул великим магистром 346, умер в пути. [108]

135. О СМЕРТИ ГЕНРИХА МОНТЕ, ВОЖДЯ НАТТАНГОВ

После ухода этого правителя наттанги начали бояться страха, где нет страха 347. Нигде не было настолько укрепленного места, где бы они не страшились неминуемой опасности. Вот почему случилось, что Генрих Монте, вождь их, с некоторыми своими соучастниками ушел в пущу, и, когда он сидел один в палатке своей, а товарищи его были на охоте, напали неожиданно братья Генрих фон Шёненберг 348, комтур Христбурга, и брат Хельвик фон Гольдбах 349 с несколькими оруженосцами, и, увидев Генриха, они сильно возрадовались и, схватив его, повесили на дереве и повешенного пронзили мечом.

136. О СМЕРТИ ГЛАППО, ВОЖДЯ ВАРМИЙСКОГО, И О ПОКОРЕНИИ ВАРМИЙЦЕВ И НАТТАНГОВ

У Глаппо, вождя вармийского, был один подданный по имени Стейнов, которого он нежнейше любил. Не раз он спасал его от смерти. Но тот, не помня о благодеяниях, оказанных ему, воздавал злом за добро, а за любовь — ненавистью 350. Ибо он замыслил, как бы предать его смерти 351, и, чтобы это осуществить, он предложил ему взять один замок 352, находящийся в земле Самбии, близ берега Свежего моря, почти напротив замка Бранденбург, назначив ему день, когда он должен был прийти со своим войском. Тем временем пришел этот Стейнов к комтуру Кёнигсберга и передал ему это, советуя ему, чтобы он с войском своим пошел с ним. Он, вняв совету его, взяв с собой многих братьев и оруженосцев, пришел и нашел Глаппо с войском его в осаде упомянутого замка и, внезапно напав на них, всех убил. Но Глалпо он повел с собой в Кёнигсберг и на горе, которая по имени его по сей день называется горой Глаппо, повесил. Когда же были убиты вожди и все, кем велась война, наттанги и вармийцы снова подчинились вере и братьям.

137. ОБ ОТДЕЛЬНЫХ СРАЖЕНИЯХ ВСЕХ ЗАМКОВ И ГОРОДОВ ЗЕМЛИ ПРУССКОЙ ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА, СНАЧАЛА О БАЛГЕ

Рассказав в общих чертах о войне второго вероотступничества, следует перейти к перечислению сражений отдельных замков и волостей земли Прусской. Посему пусть не волнует читателя, если какое-либо сражение во втором вероотступничестве, изложенное выше или ниже, он найдет не в том порядке, в каком они происходили, ибо они уже стерлись из памяти людей, ныне живущих, так что никто из них не может расположить [109] их должным образом. Ибо по большей части излагается происшедшее, но порядок событий нарушен. Вот почему ты найдешь, что многое здесь помещено и описано наперед. После того как вармийцы, наттанги и барты в год от Рождества Христова 1260 отступились от веры и христиан, они обходили земли свои с оружием и сколько бы ни нашли христиан, убивали их, а захваченных женщин и детей уводили в плен. После того они пошли к Балге и похитили коней братьев и скот, и это делалось не один, но много раз.

138. ОБ УБИЙСТВЕ ТРЕХ БРАТЬЕВ И 40 ЧЕЛОВЕК

Вскоре после два знатных и властьимуших человека, Скумо и Стуче, с большим войском пришли к Балге. Братья со своими людьми, выйдя навстречу, убили двух знатных пруссов. В тот день был такой туман, что один другого не мог видеть на расстоянии. Вот почему случилось, что, когда братья собирались напасть на отступающих пруссов, ибо половина войска их перешла болото, то притаившиеся в засаде выбежали и убили трех братьев с 40 воинами.

139. О ГИБЕЛИ НЕСКОЛЬКИХ ПРУССОВ

С самого основания его в замке Балга были братья и оруженосцы, настолько мужественные и отважные, что едва ли какое-либо вражеское войско могло уйти от них целым и невредимым. Вот почему случилось, что, когда Побраво 353, собрав войско из наттангов и вармийцев, выслал ночью многих пехотинцев на поле Балги, а сам, последовав за ними утром с конницей, захватил скот братьев, убив трех человек, которые сторожили его, брат Герхард из Рейнской земли и многие другие братья с оруженосцами, погнавшись за ними, убили упомянутого Побраво и шесть человек и отобрали у них добычу.

140. О БИТВЕ ГОРОЖАН БРУНСБЕРГА ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА И ВЗЯТИИ ЗАМКА И ГОРОДА

Господин и брат Ансельм ордена дома Тевтонского, епископ вармийский, выстроил замок и город Брунсберг на том острове в нижнем течении реки Сергии, едва ли не в двух бросках камня от места, где они ныне стоят; в первый год второго вероотступничества их осадили пруссы с большим войском, целый день мощно штурмуя их. Жители города и замка со своей стороны оказывали им мужественное сопротивление, завалив повозками и четырехколесными телегами и другими бревнами те [110] места замка и города, где мог открыться доступ врагам. В этом штурме с каждой стороны многие были ранены, а некоторые пали. Наконец, не возымев успеха, они отступили. После, понуждаемые обстоятельствами, 40 человек из упомянутого замка и города вышли за сеном и дровами, и все они были убиты врагами. Напуганные этим жители города и замка пришли в отчаяние, что никоим образом не могут оказать сопротивление, если начнется новый штурм. Итак, спалив замок и город, они ушли со всей челядью своей, не взяв с собой никакого скарба и утвари, кроме того, что могли нести за плечами. Когда они уходили, им на пути встретились 60 христиан, посланных братьями из Эльбинга им на помощь. Но когда они услышали, что замок и город сожжены, то все вместе отправились в Эльбинг. Затем, в год от Рождества Христова 1297, господин Генрих, епископ вармийский 354, поставил город и замок Брунсберг на том месте, где они ныне находятся. Когда этот епископ впервые после посвящения своего вступил в епископат свой, то получил там в качестве годового дохода со всего епископата лишь одну марку с одной мельницы.

141. О БИТВЕ БРАТЬЕВ ИЗ ХРИСТБУРГА ВО ВТОРОМ ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВЕ И ОБ ОДНОМ ЧУДЕ И УНИЧТОЖЕНИИ МНОГИХ ПРУССОВ

Брат Дитрих по прозвищу Роде, комтур Христбурга 355, во время второго вероотступничества выступил с братьями и пилигримами в количестве ста человек и разорил землю Погезанскую, после чего за ними погналось бесчисленное множество пруссов; поскольку он не мог избежать сражения с ними, то, уповая на милосердие Божие, напал на них, и, так как он доблестно наступал в сражении, они обратились в бегство, а братья и пилигримы, погнавшись за ними, всех убили, так что никогда за один день горсточкой людей не бывало убито столько людей. Пленные же, которые связанные были приведены братьями, сказали, что они видели во время сражения, как одна дивной красы дева несла по воздуху стяг братьев; от этого видения они стали такими трусливыми и так затрепетало сердце их, что никто не решился защищаться.

142. О ВЗЯТИИ ОДНОГО УКРЕПЛЕНИЯ

Погезаны, собравшись, пожелали снова начать войну и, дойдя до Христбурга, мощным ударом обрушившись на один замок, находящийся близ него, в котором жили христиане-помезане, наконец вторглись в него и, захватив в плен и убив всех людей, кроме [111] тех, которые смогли убежать в замок Христбург, до основания разрушили упомянутое укрепление.

143. О ГИБЕЛИ 12 БРАТЬЕВ И 500 ЧЕЛОВЕК И О РАЗРУШЕНИИ ГОРОДА ХРИСТБУРГА, ЗАМКА ПОМЕЗАН И ПРЕДМЕСТЬЯ БРАТЬЕВ И ИЗБИЕНИИ МНОГИХ ХРИСТИАН

Диван по прозвищу Клекине 356, вождь бартов, и погезанин Линко 357 с большим войском вторглись в землю Кульмскую и, пока на шум этого войска братья из Христбурга и прочие сходились в землю Кульмскую, погезаны, как заранее приказал Диван, с сильным войском всадников и пехоты пришли в замок, называемый Транпере, стоящий между Христбургом и Мариенбургом 358, на осаду которого они оставили пехоту, а одного человека по имени Кольте поставили их вождем. Но конница прошла до волости, называемой Альгент, в которой ныне находится замок Мариенбург, и до Мариенвердера, убивая, хватая и сжигая все, что ни попадалось им на пути. Узнав об этом, братья из замков Пусилии 359 и Вишова 360 со своими оруженосцами пришли на помощь братьям и горожанам из Христбурга, уже во всеоружии. И когда братья, продвигаясь, приблизились к осажденному замку, пруссы, прекратив штурм, обратились в бегство. В этом бегстве и штурме замка многие пруссы были убиты и смертельно ранены, а Кольте, вождь их, также пал от меча, и вот бегущая пехота встретилась с конницей. Напуганные этим, собрались и конница и пехота и встали лагерем на берегу Сиргуне, а напротив них разместились братья со своим войском. Пруссы, видя, что сражения им не избежать, улучив момент, когда христиане, как бы забыв о страхе, оказались без надежной стражи и даже расседлали коней, половину войска своего тайно переправили через реку, и одни сзади, другие спереди навязали христианам жесточайшую битву, и, прежде чем христиане смогли приготовиться к отпору, было убито 12 братьев и 500 человек близ деревни Погансте. Они погнались за остальными бегущими в город и после непродолжительного штурма силой взяли и совершенно разрушили город и замок помезан и предместье 361 братьев, взяв в плен и убив всех, кроме тех, которые смогли убежать в замок братьев. В то время в замке Христбург оставались всего три брата и три слуги и один помезанин по имени Сиренес, из-за каких-то совершенных им проступков закованный в цепи. Он, разбив колодки, с мечом и копьями, словно бесстрашный лев, встал на мосту замка братьев и преграждал доступ врагу, пока не опустились ворота. После этого один брат стрелой сразил одного прусса, которому было поручено охранять 40 христианских детей, взятых в плен и связанных, и дети, бежав в замок, спаслись от вечного плена. [112]

144. О ГИБЕЛИ МНОГИХ ПРУССОВ

Вышеупомянутый Диван, опять ожесточившись на род христианский, собрав сильную рать, снова разграбил волости близ Христбурга и Мариенбурга, думая, что теперь, как и прежде, все должно совершаться по его прихоти. Ведь он уже убил и захватил в плен столько братьев и прочих христиан, что не верил, что уцелел кто-либо, способный оказать ему сопротивление. Вот почему, выслав вперед свое войско с добычей, он с горсточкой людей последовал за ним. Но братья из Христбурга и Эльбинга с небольшим войском, уповая на Того, чьей силой один преследует тысячу и двое прогоняют тьму 362, пришли к реке Ховар 363. Там они мужественно напали на Дивана и убили одного его сородича по имени Даборе и всех людей. Но Диван спасся, в великом смущении бежав с горсточкой людей. Итак, братья, вернув добычу, отобранную у них, вознося благодарности, воротились восвояси.

145. О ТОМ, КАК ТРУДНО БЫЛО ДОСТАВЛЯТЬ ПРОВИЗИЮ В ЗАМОК ХРИСТБУРГ

Поскольку братья из Христбурга были со всех сторон окружены силой врагов, они редко без большого риска и труда могли доставлять необходимое из Эльбинга. Вот почему случилось трижды, что, когда это доставлялось по реке Сиргуне, то братья и слуги лишились добра и жизни, отчего в замке Христбург начался такой голод, что, если бы не подоспел Самиле, некий нобиль из Помезании, отец Туссина, живущий с неприятелями, но тайно почитающий веру и братьев, замок обезлюдел бы. Когда об этом узнали пруссы, они, разгневавшись, схватили упомянутого Самиле и влили ему в рот кипяток и, поджарив нагого на костре, так что полуживой он едва мог дышать, отправили его братьям, а он, долго проболев, выжил. Наконец снова воцарился в упомянутом замке голод, да такой, что братья вынуждены были из-за голода сказать и посоветовать правоверным своим помезанам, примкнувшим к ним, чтобы они уходили от них в другие места без ущерба их правам и свободам, чтобы они могли найти пропитание, а не умереть там от голода. Вот почему немногие остались, а прочие ушли. Вот чудо Божие и высшая любовь, милостиво обратившаяся на братьев этих и прочих христиан не только в этом замке, но и во всей земле Прусской, чтобы они с таким смирением и кротостью перенесли такие почти невыносимые и всецело противоречащие обстоятельствам человеческой жизни лишения, что они без печали, но почти всегда радуясь, мнили, что находятся среди райского блаженства. [113]

146. О БРАТЕ ЭНГЕЛЬКОНЕ, МУЖЕ ИЗ ХРИСТБУРГА, ЖИЗНЬ КОТОРОГО ДОСТОЙНА ПОХВАЛЫ

В то время в упомянутом замке Христбург был брат Энгелькон, выходец из Вестфалии, муж удивительного благочестия и воздержания, всецело преданный Богу. Он помимо прочих добродетелей отличался тем, что на голом теле носил железную кольчугу вместо рубахи, и так до смерти своей износил четыре таких кольчуги, изъеденных временем и ржавчиной.

147. О БИТВЕ ПРИ ГОРОДЕ МАРИЕНВЕРДЕР И ЕГО РАЗРУШЕНИИ ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА

И все еще не насытившись кровью христианской, пруссы снова вооружаются, чтобы убивать, бичевать и распинать христиан, чтобы так пришла на них вся кровь праведная, пролитая на земле 364 Прусской ради защиты веры христианской. Итак, собравшись с огромным множеством воинов, во время второго вероотступничества они выступили против города Мариенвердер и, устроив засады в надлежащем месте, показались в небольшом числе. На них враждебно напали братья и горожане со своими оруженосцами, гоня их в поле, что между городом и мельницей, многих убив и смертельно ранив, и, когда они думали, что наголову их разбили, появились пруссы, находившиеся в засаде, и убили всех братьев и горожан, за исключением немногих, бежавших в город. Они враждебно преследовали их и после недолгого штурма взяли город, и часть людей была захвачена в плен, другие — убиты, остальные бежали в замок и спаслись. Итак, до основания спалив город, они ушли с огромной добычей.

148. О ВТОРОМ РАЗРУШЕНИИ УПОМЯНУТОГО ГОРОДА МАРИЕНВЕРДЕР

Когда город Мариенвердер с великими трудами и лишениями был восстановлен 365 братьями, случилось, что пруссы с большим войском, опустошив землю Кульмскую, пошли на замок Белихов одного нобиля из Помезании по имени Иона, сына Саргана, находящийся на Оссе. Из этого замка вышел брат Конрад Шваб 366 из Эльбинга со многими оруженосцами 367 и вступил с ними в рыцарский поединок, в котором были ранены многие с обеих сторон. После этого они подошли к городу Мариенвердер и после долгого и жестокого штурма снова до основания разрушили его; одни бежали в замок, другие спаслись, укрывшись в одном городском укреплении, прочие были взяты в плен или убиты. В двух этих битвах прусских они причинили большой ущерб образам святых, Церковному облачению и прочему, предназначенному к служению Богу, и церковным святыням. [114]

149. О СООРУЖЕНИИ ЗАМКА ШТАРКЕНБЕРГ И ГИБЕЛИ МНОГИХ ХРИСТИАН

В то время брат Анно 368, великий магистр ордена дома Тевтонского, повелел магистру и братьям Пруссии, чтобы они построили замок в пределах Кульмского и Помезанского диоцезов на Оссе, а сам собрался щедро наделить обитателей замка всем необходимым. Для строительства его магистр созвал много людей, и, когда каждый был занят там порученной ему работой, неожиданно пришло войско пруссов и перебило все это множество людей. Но прошло долгое время, и магистр снова созвал людей и тогда по милости Божией завершил строительство упомянутого замка, назвав его Штаркенберг 369, что в переводе на латынь означает «крепкая гора», и назначил для охраны его много братьев и оруженосцев.

150. О ВЗЯТИИ ЗАМКА ШТАРКЕНБЕРГ И О ГИБЕЛИ МНОГИХ БРАТЬЕВ И ХРИСТИАН

Пруссы, услышав о строительстве упомянутого замка, вознегодовали 370 и с сильным войском осадили его. Но брат Конрад фон Блинденбург, выступив на битву с ними, получил пять ран наподобие пяти ран Христа и был убит, о чем не раз слезно молил Бога. Затем пруссы, со всех сторон окружив замок, приступили к штурму. Братья, со своей стороны оказывая сопротивление, многих убили и смертельно ранили стрелами. Однако пруссы, разъярившись, все предпочитали умереть, нежели ни с чем снять осаду, и, подойдя ближе, после того как многие пали с обеих сторон, взяли упомянутый замок и, убив братьев со всеми обитателями его, самый замок обратили в прах. Спустя многие годы упомянутый замок был перенесен за Оссу в Кульмский епископат и находится там по сей день.

151. О РАЗОРЕНИИ ЗАМКА ШПИТТЕНБЕРГ ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА

В земле Помезанской был один замок, называемый Шпиттенберг 371, в котором жили братья. Но поскольку во время второго вероотступничества их столько раз тревожили пруссы, а они никак не могли оказать им отпор из-за нехватки необходимого, то, спалив замок, они ушли со своими оруженосцами, и так он до сих пор пребывает в запустении.

152. О ВОЙНЕ ЗЕМЛИ КУЛЬМСКОЙ ВО ВТОРОМ ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВЕ И СНАЧАЛА О БРАТЕ ГЕДЕНРИКЕ, ЕПИСКОПЕ КУЛЬМСКОМ

Брат Геденрик ордена проповедников был во время второго вероотступничества епископом кульмским. О нем достоверно повествуют, что Пресвятая Дева Мария явилась одному бедняку, [115] дав ему послание для упомянутого епископа; пока епископ читал это послание, он увидел, что в нем описана вся его жизнь и сказано вдобавок, что христиане в земле Прусской должны отныне претерпевать немало бедствий и притеснений со стороны пруссов.

153. ОБ ОСАДЕ ГРАДА КУЛЬМЕНЗЕ

После этого пришло войско пруссов и осадило град Кульмензе. Встревоженный этим епископ призвал к себе знать и феодатариев, вменив им во искупление грехов, чтобы они пошли и тщательнейшим образом разведали численность и силу войска. На пути им встретилось несколько пруссов, с которыми они вступили в битву, и одного из них, очень высокого человека, более чем на голову возвышавшегося над всеми остальными, ранили и полуживого привели с собой в город. Весьма встревоженный тем, что его взяли в плен, вождь пруссов пообещал снять осаду и не причинять вреда ни одному христианину, если ему вернут этого упомянутого раненого человека, что и было исполнено каждой стороной.

154. О ГИБЕЛИ МНОГИХ ГОРОЖАН КУЛЬМЕНЗЕ

Во время жатвы пришло войско пруссов и 13 дней скрывалось в лесу близ места, называемого Фогельзанг, но так, что каждый день небольшие группы появлялись в поле и прогоняли горожан с жатвы. Наконец, поскольку хлеба созрели и не могли долее стоять без ущерба для урожая, горожане, полагая, что войско ушло, все вышли на жатву. Увидев это, пруссы, сильным и страшным ударом обрушившись на них, убили мужчин, а женщин и детей увели в вечный плен.

155. О СРАЖЕНИИ БРАТЬЕВ ИЗ РЕДИНА И РАЗРУШЕНИИ ЭТОГО ГОРОДА

Никто не может досконально описать или поведать, сколько претерпели от пруссов братья и горожане из Редина во время второго вероотступничества ради защиты веры христианской, ибо в этом месте почти постоянно было выхождение и вхождение их 372 в землю Кульмскую. Говорят, что город Редин был дважды взят с бою и были захвачены в плен и убиты все до единого находившиеся в нем люди.

156. О ГИБЕЛИ НЕСКОЛЬКИХ ЯЗЫЧНИКОВ

Один брат из Редина и Мартин из Голина, едучи верхом в пуще, высматривая, не встретится ли им случайно кто-нибудь, начали сбиваться с пути, и, заблудившись, повстречали троих пруссов, [116] двоих из которых убили, третьего пощадили, чтобы он повел их прямым путем 373, а он привел их в землю врагов. Когда они увидели его обман, то убили его, и когда они поспешно уходили, то их схватили и связали пятеро прусских всадников, погнавшихся за ними, и оставили под стражей двоих людей. Но трое других пруссов погнались за ускакавшим конем того брата. После этого, когда эти двое хотели обезглавить связанного Мартина обнаженным мечом, то он попросил их снять сначала с него одежду, чтобы она не запачкалась кровью. Когда они, согласившись, развязали руки Мартина, он, выхватив у них меч, обоих убил, и, когда тот брат освободился от пут, они оба выступили против троих других и убили также и их, а потом, не сбиваясь с пути, вернулись в замок Редин.

157. СНОВА О МАРТИНЕ ИЗ ГОЛИНА И О ЕГО ЧУДЕСНОЙ БИТВЕ

В то же время 20 пруссов разоряли Польшу. По повелению братьев из Редина вышеупомянутый Мартин из Голина погнался за ними с 17 соратниками. Эти пруссы, вернувшись из Польши, нашли стражей Мартина спящими и, убив одного, другого после того, как он сообщил им численность соратников и место их нахождения, привязали к дереву. После этого они напали на них; Мартин и его соратники, со своей стороны, мужественно оборонялись, многие с обеих сторон были тяжело ранены. Когда это увидел один соратник Мартина, который, раздевшись, переплыл ближнюю реку, чтобы наловить раков, вернувшись, схватил меч и щит одного убитого и нагой вступил в битву. Он был ужасно иссечен и изранен ими, так что во многих местах большие клочья мяса свисали с его тела. Такой суровой была битва между ними, что, утомившись, по доброму согласию обеих сторон, они трижды отдыхали и столько же раз, собравшись с силами, начинали новое сражение. Наконец, когда уже погибли все христиане и пруссы, тот страж, которого привязали к дереву, освободившись от пут, пришел на место битвы и нашел только полуживого Мартина, положив которого на повозку, доставил в Редин вместе с конями, оружием и прочим добром пруссов.

158. О БИТВЕ БРАТЬЕВ В ЗАМКЕ ВАРТЕНБЕРГ И О ГИБЕЛИ МНОГИХ ХРИСТИАН

Был один замок в земле Кульмской, на одной горе, называемой Вартенберг 374, посреди озера, ведущий название свое от этой горы, в котором жили братья со многими оруженосцами. И наступил однажды воскресный день, когда люди из соседних деревень [117] веселились и плясали; явилось неожиданно какое-то войско из Судовии и перебило всех этих людей, а женщин и детей они увели с собой.

159. О ВЗЯТИИ ЗАМКА ВАРТЕНБЕРГ

Сколько бы раз и в каком бы количестве ни проливали эти язычники христианскую кровь, все же они не прекращали гонений. Ведь они прилагали все силы, чтобы уничтожить их полностью. Вот почему судовы, снова собрав огромнейшую рать, пошли к замку Вартенберг и после многих грозных штурмов (а братья им по мере сил оказывали сопротивление) наконец до основания разрушили его, спалив, убив всех братьев со всей дружиной, и вот упомянутый замок по сей день пребывает в запустении.

160. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА БИРГЕЛОВ 375

Тринота, сын короля литовского 376, присоединив к себе многих других воинов-язычников, собрал для битвы почти 30 тысяч человек и, приблизившись к земле Прусской, разделил войско свое на три отряда, один из которых он послал на Мазовию, другой — на Помезанию, и обе земли разорил огнем и мечом. Остальные вторглись в землю Кульмскую, и, помимо прочего зла, которое там содеяли, они взяли замок Биргелов, похитив скот и все имущество братьев и тех, кто бежал в упомянутый замок. Братья и прочие люди спаслись, укрывшись в одной башне.

161. О ВОЙНЕ ВСЕЙ КУЛЬМСКОЙ ЗЕМЛИ ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА. О ГИБЕЛИ МНОГИХ ХРИСТИАН

Когда брат Геденрик, епископ кульмский, освящал часовню госпиталя немощных Торуня, находящуюся за стенами города, пруссы, узнавшие весть о ее освящении, собрав войско, напали на людей, возвращающихся после освящения и, убив мужчин, увели взятых в плен женщин и детей.

162. О СОЖЖЕНИИ ТОРУНЬСКОГО ГОСПИТАЛЯ И О ШТУРМЕ ГРАДА КУЛЬМСКОГО И РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА И ГОРОДА ЛЁБАУ

В это же время судовы с величайшим войском, какого никогда не видано было в Пруссии, вошли в землю Любавскую и до основания разрушили замок и город с этим названием 377. Затем близ замка Штрайсберг 378 войдя в землю Кульмскую, разделив войско, они заняли прежде многие замки, чтобы убивать и брать в плен людей, сбегающихся в них. После этого они пришли в [118] Торунь и сожгли госпиталь и все, что было за стенами и что могло быть охвачено огнем. Наконец, придя к граду Кульмензе, они днем и ночью мощнейшими ударами штурмовали его, впрочем, безуспешно, так как горожане со своей стороны мужественно оборонялись. И вот после четырех дней разорения упомянутой земли они ушли с огромной военной добычей: людьми, конями, скотом и прочим. Один сильный человек из Судовии из этого войска погнался за женщиной-христианкой, которая в то время бежала к озеру, и, когда он хотел ее убить, она, забыв о слабости своего пола, оказала мужественное сопротивление. Он, взбешенный этим, откусил ей зубами большой палец; она, в свою очередь, разъярившись, забив глиной его рот и уши, задушила его насмерть.

163. О ГИБЕЛИ МНОГИХ ПРУССОВ

Вскоре после войско пруссов, вторгшись в землю Кульмскую, опустошило ее огнем и мечом и великим побоищем христиан. Наконец они пришли к граду Кульмензе, где их во всеоружии встретили горожане и, вступив в сражение, убили их вождя и многих других людей, и так был спасен захваченный ими в плен весь народ христианский.

164. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ЗЕМЛИ КУЛЬМСКОЙ И ГИБЕЛИ НЕСКОЛЬКИХ БРАТЬЕВ И ОРУЖЕНОСЦЕВ

После этого Скуманд 379 с судовами, войдя в землю Кульмскую, разделил войско свое на две части, одна из которых выступила на Торунь, другая — на град Кульмензе, убивая, хватая и сжигая все, что ни попадалось им на пути. Но под вечер они сошлись у замка Биргелов и встали там лагерем. Той же ночью братья упомянутого замка вышли со своими оруженосцами и, всполошив спящее войско, многих убили и смертельно ранили; сделался великий вопль 380, услышав который несущие ночную стражу 381 упомянутого войска подоспели уже при оружии и убили двоих братьев с полубратом 382 и многих оруженосцев.

165. О ШТУРМЕ ЗАМКА ШЁНЕНЗЕ 383 И ГИБЕЛИ ДИВАНА, ВОЖДЯ БАРТОВ

Наконец Диван, вождь бартов, с 800 воинами осадил замок Шёнензе и поклялся силой богов своих, что, если они сразу не сдадут им замок, он как братьев, так и оруженосцев повесит у ворот замка. В этом замке было всего три брата и горсточка оруженосцев; на этих оруженосцев братья надели свои плащи и пармы для устрашения осаждающих, чтобы казалось, что братьев много. [119] После этого, когда с каждой стороны было подготовлено все необходимое для штурма замков, они приступили к штурму, и, когда многие враги были ранены и убиты, брат Арнольд Кроп 384 выстрелом из баллисты прострелил горло упомянутому Дивану. Когда он умер, остальные ни с чем ушли. С этим Диваном богохульником случилось то же, что и с Илиодором 385, который, когда собрался разграбить казну в храме Господнем, сраженный Богом замертво упал на землю, и его, вошедшего с большою свитою и телохранителями, как беспомощного вынесли на носилках.

166. О ВЗЯТИИ ДВУХ ЗАМКОВ НЕСКОЛЬКИХ ФЕОДАТАРИЕВ ЗЕМЛИ КУЛЬМСКОЙ, А ИМЕННО ХЕМСОТА И ЕЩЕ ОДНОГО

После Скуманд, вождь судовов, с огромным войском судовов и рутенов 386 за 9 дней опустошил землю Кульмскую огнем и мечом. На протяжении этих 9 дней, когда оно начало приближаться к граду Кульмензе, один рыцарь из Польши, по имени Нинериц, вошел в вышеупомянутый город, который этот рыцарь обещал отдать в руки упомянутого Скуманда. Вот почему, когда, завидев врагов, горожане поднялись на стены, то же сделал и он и, как предатель, дал им знак; и вот раз и другой он протрубил в рог свой. Услышав это, испуганные горожане схватили упомянутого рыцаря и, убедившись в том, что он собирался предать их, его и сына его с одним слугой повесили у ворот города. Скуманд, видя, что его обманули, выступил на замок Хемсот и мощным натиском взял его и убил 40 человек, назначенных для его охраны. Затем он мощным ударом обрушился на замок другого феодатария-рыцаря, называемый Циппель, и, когда были убиты и взяты в плен все там находящиеся, оба замка были обращены в пепел.

167. О КОВАРСТВЕ ПРУССОВ, ЗНАЮЩИХ ТЕВТОНСКИЙ ЯЗЫК

Генрих Монте, вождь наттангов, и многие другие пруссы, которые с детских лет воспитывались при братьях, причинили много зла народу христианскому во время этого гонения, ибо весьма часто случалось так, что, когда войско язычников проходило по пределам братьев, народ христианский, который не мог бежать в замок, скрывался в лесах, ежевичниках и болотах. Узнав об этом, вышеупомянутый Генрих, собрав многих оруженосцев, приходил в те места, которые были ему этим подозрительны, и, прикрывая коварство мирными словами 387, говорил по-тевтонски: «Коли есть здесь кто, пусть выходит без страха, ибо войско язычников уже ушло». Когда они, поверив его словам, выходили, то он, напав на них со своими людьми, всех брал в плен или убивал. [120]

168. О БИТВЕ БРАТЬЕВ И ГОРОЖАН ИЗ ЭЛЬБИНГА ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА И О НЕКОТОРЫХ ХРИСТИАНАХ ПОГЕЗАНСКИХ, ПРИМКНУВШИХ К БРАТЬЯМ

Когда начались гонения второго вероотступничества, некоторые нобили из Погезании, хотя и немногие, не будучи неблагодарными за благодеяния, оказанные им магистром и братьями, оставив отцовское наследие, со всеми чадами и домочадцами придя в Эльбинг, стали верными сторонниками братьев.

169. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА ВЕКЛИЦ И ЕЩЕ ОДНОГО УКРЕПЛЕНИЯ

Погезаны с судовами и другими язычниками Пруссии, собрав сильную рать, прошли по всей Погезании и Помезании в начале второго вероотступничества и, сколько бы ни встретили там христиан, всех убивали, забирая в плен женщин и детей. Затем, пройдя дальше, они штурмовали Эльбингский замок и так неистовствовали, что непременно взяли бы предместье, если бы один человек по имени Виртел 388 не пронзил копьем их вождя. После его гибели они в смятении отошли к одному укреплению 389, находящемуся между реками Рогов и Весека, в том месте, где Весека впадает в озеро Друзин, и после непродолжительного штурма они сожгли его, взяв в плен и убив всех, кроме тех, которые спаслись, переправившись на судах через Друзин. После этого, когда они увидели, что все беспрекословно им подчиняются, придя к замку Веклиц, стоящему на реке Рогов, после долгого и тяжелого штурма и мужественной обороны осажденных, наконец обратили его в пепел, всех взяв в плен или убив.

170. О ВЗЯТИИ МЕЛЬНИЦЫ ЛИЕФАРДА И ГИБЕЛИ МНОГИХ ГОРОЖАН ИЗ ЭЛЬБИНГА

В год от Рождества Христова 1273, когда уже самбы, наттанги, барты и вармийцы, обессиленные войной и потерями, покорились вере и братьям, погезаны, все еще продолжая упорствовать, собрав войско свое у Эльбинга, расположились в одном лесу, выезжая из которого небольшие группы всадников показывались у града Эльбингского; гоня их, горожане Эльбинга, постоянно державшие оружие наготове, некоторых убили. Но, когда горожане, погнавшись за ними, слишком удалились от города, погезаны, находящиеся в засадах, выйдя, заняли дорогу, ведущую в город. После этого горожане, опасаясь, что в поле они будут не в состоянии оказать сопротивление такому множеству воинов, поднялись на мельницу Лиефарда, укрепленную наподобие замка. Итак, подоспевшие погезаны яростно штурмовали упомянутую мельницу. [121] Но поскольку горожане, к тому времени не слишком утомленные, решительно оборонялись и многие были ранены с каждой стороны, они вскоре, прекратив сражение, присмирели. Когда погезаны собрались выйти на битву во второй раз, они обратились к христианам, чтобы те сдали им замок и сдались сами, иначе они всех убьют и уничтожат. Наконец они договорились на том условии, чтобы горожане отдали им 25 лучших из них, чтобы таким образом прочие были спасены. После этого погезаны, нарушив мирный договор, снова приступили к штурму, и, поскольку горожанам уже нечем было защищаться, они, разведя огонь, подожгли замок; когда одни, видя это, пытались спастись из огня, то были убиты, другие, прыгая из огня, попадали на поднятые пруссами копья, прочие сгорели. Столько было пролито там крови христианской, что ближайшая река, потеряв естественный цвет, казалась кровавой. Повествуют многие достойные доверия (и этому следует безусловно верить), что, когда это происходило, некоторые стоявшие на стенах града Эльбингского видели воочию, что небо отверзлось 390 и ангелами возносились души убиенных.

171. О ПОКОРЕНИИ ПОГЕЗАН И О ВЕЛИЧАЙШЕМ ПОБОИЩЕ ИХ И О МИРЕ, ВОЗВРАЩЕННОМ ХРИСТИАНАМ

Итак, магистр и братья, встревоженные таким скорбным событием, чтобы отомстить за поругание убиенных, собрали всю силу войска своего и, войдя в землю Погезании, опустошая ее огнем и мечом от конца и до конца 391, убили мужчин, а женщин и детей, взятых в плен, увели. Кроме того, они взяли и замок Хейльсберг, бывший тогда в руках погезан, всех захватив в плен или убив, и с тех пор земля Прусская успокоилась в мире.

172. О ПОСТОЯННОМ НАТИСКЕ ВРАГОВ И РАЗНЫХ МУЧЕНИЯХ ХРИСТИАН ПРУССИИ ВО ВРЕМЯ ВТОРОГО ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВА

Столько тягот, столько лишений и столько тревог претерпели братья и прочие христиане в этом гонении, длившемся более 15 лет, от врагов во всех городах, замках и других местах и выстояли только благодаря вере в Бога, что ни один ныне живущий человек не может этого досконально изложить. Едва ли выпадал такой час, когда они могли бы есть хлеб досыта 392 без того, чтобы раз-другой или больше не бросаться в битву, отбиваясь от врагов. Воистину, воплотилось в них то, что говорится об иудеях, желавших восстановить святой град Иерусалим, противостоя сопротивлению язычников, что половина их занималась работою, а другая Держала копья от восхода зари до появления звезд; одною рукою производили работу, а другою держали меч 393. Но эти служители [122] Божий, как учит апостол, во всех их бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах жили на грани жизни и смерти в великом терпении; как бы в печали, все же они всегда радовались 394. Посему прошу тех, кому случится читать эту книгу, не страшиться напастей и уразуметь, что эти страдания служат не к погублению, а к вразумлению рода нашего. Ибо то самое, что нечестивцам не дается много времени, но скоро подвергаются они карам, есть знамение великого благодеяния. Ибо не так, как к другим народам продолжает Господь долготерпение, чтобы карать их, когда они достигнут полноты грехов, не так судил Он о нас, чтобы покарать нас после, когда уже достигнем до конца грехов. Он никогда не удаляет от нас Своей милости, и, наказывая несчастиями, не оставляет Своего народа 395.

173. О ВТОРОМ РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА БАРТЕНШТЕЙН

Судовы, услышав, что барты, вармийцы и прочие пруссы снова подчинились вере и братьям, вознегодовали и, собравшись, с огромным войском неожиданно осадили замок Бартенштейн, который после ухода братьев барты сохранили для себя, разрушили и превратили в пепел 396, всех захватив в плен или убив.

174.ОБ ОСАДЕ ЗАМКА БЕСЕЛЕДЫ И ГИБЕЛИ ДВУХ ТЫСЯЧ СУДОВОВ

На следующий год судовы, надровы и скаловы, придя с огромным войском, осадили замок Беселеду, находящийся в лесу, называемом Кертене, близ Бартенштейна, жесточайше штурмуя его. Когда это увидела Намеда, мать Посдраупота из рода Монтеминов, то сказала сыновьям своим: «На горе себе родила я вас. Почему не хотите вы жизнь и народ ваш защитить от врагов?» Под воздействием этих слов ее сыновья и прочие обитатели замка выступили на битву и убили более двух тысяч человек из войска язычников. После этого братья восстановили замок Бартенштейн и жили там по сей день.

175. О ВОЙНЕ НАДРОВОВ И КРЕЩЕНИИ МНОГИХ ИЗ УПОМЯНУТОЙ ЗЕМЛИ

В год от Рождества Христова 1274, когда погезаны, вармийцы, наттанги, барты и самбы вернулись к единой святой матери церкви и, дав, как положено, заложников, чтобы впредь не предпринимать ничего противозаконного, но смиренно подчиниться вере и власти братьев, магистр и братья, радеющие о расширении пределов христианских, вооружились против племени надровов. [123] Ведь после того, как Тирско, отец Маудело, кастелян 397 из Вилова, о котором было сказано выше, со всеми примкнувшими к нему подчинился вере и братьям, многие властительные и знатные люди из Надровии пришли со временем к братьям со всей челядью своей и, возродившись в источнике крещения, оставив идолов, служили живому Богу Иисусу Христу.

176. О ВЗЯТИИ ДВУХ ЗАМКОВ ЗЕМЛИ НАДРОВИИ В ОБЛАСТИ РЕТОВ 398

Брат Конрад фон Тирберг, магистр, принимая во внимание благоразумие и верность этих надровов и то, что из-за их ухода земля Надровии во многом была бы ослаблена, послал брата Дитриха, фогта земли Самбийской, и войско с ними в упомянутую землю Надровии. Они, войдя, разорили волость Ретов огнем и мечом и, пройдя дальше, к двум замкам упомянутой волости, после долгого сражения, разгоревшегося между ними, наконец с Божией помощью захватили их оба и, убив и взяв в плен многих людей, их с предместьями их предали огню пожара; и они захватили столько добычи конями, скотом и прочим добром, что едва могли все забрать.

177. О ВЗЯТИИ ЗАМКА ОТОЛИХИИ 399

Вскоре после тот же брат Дитрих, фогт, по повелению магистра, вместе со многими братьями и 40 всадниками, со многими пехотинцами, идущими на судах, пришел в волость Надровии, называемую Каттов 400, и, расставив лучников в надлежащих местах и приставив к стенам лестницы, они приступили к штурму замка Отолихии. Но поскольку обитатели замка слышали, что братья прежде столь мощным натиском взяли два других замка, то в отчаянии и страхе они не могли долго оказывать сопротивление, но после недолгого штурма, при котором многие из замка были смертельно ранены, а прочие пали, братья стремительно вторглись в замок и, убив мужчин и взяв в плен женщин и детей, сожгли его дотла.

178. О ВЗЯТИИ ЗАМКА КАМЕНИСВИКЕ 401

Затем магистр с большим войском прошел по земле Надровии с огнем и мечом, и, когда пришел к замку Каменисвике, стоящему на реке Арсе, разместив, как полагается, все необходимое для штурма, он напал на замок, и, когда с обеих сторон многие были ранены, ибо в вышеупомянутом замке было 200 храбрых воинов. Наконец после долгого и очень тяжелого сражения братья стремительно ворвались в него и, убив всех вышеупомянутых мужчин, [124] взяв в плен женщин и детей и захватив огромную добычу, самый замок они целиком сожгли.

179. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ЗЕМЛИ НАДРОВИИ

Славно велись против этой земли Надровии многие битвы, которые не описаны в этой книге, ибо было бы чрезмерно долго рассказывать о каждой в отдельности. Вот почему надровы, хотя до сих пор обладали большой воинской силой и многими укреплениями, оставив всякую дикость, подчинились вере и братьям, за исключением немногих, которые ушли в землю Литвы; итак, вышеупомянутая земля Надровии вплоть до нынешнего дня пребывает в запустении.

180. О ВОЙНЕ СО СКАЛОВАМИ. О ПРЕДПОСЫЛКЕ ВОЙНЫ

Когда по милости Божией надровы были завоеваны, братья направили войска сражаться со скаловами, полагая, что они не сделали ничего, если до сих пор что-то осталось сделать; и заметь, что все последующее было содеяно во время войны с надровами, ибо был возможен доступ по воде к скаловам, которому надровы, обитающие вдали от реки Мемеля, не могли препятствовать.

181. О ДЛИТЕЛЬНОЙ ОСАДЕ ОДНОГО ЗАМКА И ОБ ОДНОМ ДИВНОМ ДЕЛЕ

У скаловов был один замок близ Раганиты 402, на одной горе, осаду которого рутены с огромным войском вели за девять лет до вторжения братьев дома Тевтонского в Прусскую землю 403. Наконец рутены, утомленные войной и потерями, спросили у осажденных, какой пищей они держатся. Те ответили, что рыбой. Ведь посреди замка у них был пруд, имевший 20 шагов в длину и почти столько же в ширину, тогда изобиловавший рыбой, которой хватало для пропитания всем осажденным. Вот чудо: когда скаловы были язычниками, он изобиловал рыбой; ныне же, когда они стали христианами, в нем живут лягушки; и нет в упомянутом пруду такого количества воды, какого хватало бы, что в нем водилась рыба. Почему это так, я не знаю; Бог ведает, судьбы которого непостижимы, а пути неисследимы 404.

182. О ВЗЯТИИ ЗАМКА РАГАНИТЫ

Брат Дитрих, фогт самбийский, по повелению магистра ведя с собой многих братьев и тысячу человек, все ведающих в штурме укреплений, пришел на судах в землю скаловов, расположенную [125] по обоим берегам Мемеля, и, внезапно подступив к замку, стоящему тогда в том месте, где ныне находится замок Раганита, начал его штурмовать. Некоторые силились взобраться по приставленным к стенам лестницам. Но когда скаловы собирались выступить в свою очередь, то лучники братьев дождем стрел отбили их. Итак, когда они стремительно ворвались, одни — через стены, другие — через ворота замка, все то множество язычников, которых в замке было больше, чем людей в войске братьев, они предали мечу, а женщин и детей с огромной прочей добычей забрали с собой. После этого они сожгли замок и его предместье и прочие строения, находившиеся поблизости.

183. О ВЗЯТИИ ЗАМКА РАМИГИ 405

Трудное и почти непосильное человеческой природе отваживается предпринять человек, уповающий на Господа, когда по определенным знакам и очевидным знамениям он чувствует, что Бог милостив к нему. Вот почему вышеупомянутый брат Дитрих, придя с войском своим на противоположный берег Мемеля, точно так же штурмовал замок Рамигу, и, хотя в упомянутом штурме некоторые из его людей были ранены и убиты, все же в тот же день он стремительно захватил его и разрушил, часть людей взяв в плен, прочих убив.

184. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА ЛАБИАУ 406

Когда же это дошло до слуха скаловов, потрясены были кости их 407, и собравшиеся старейшины народа все вместе решили, как им отомстить за себя. И они единодушно выбрали 400 отменных воинов, которые, придя на судах к замку братьев Лабиау, внезапно на рассвете, когда люди еще покоились на ложах своих, взяли его, убив в нем всех до единого представителей мужского пола, но пощадив женщин и детей, которых, прежде спалив замок, они с великой добычей увели с собой.

185. О РАЗОРЕНИИ ЗЕМЛИ СКАЛОВИИ

Но поскольку легкость прощения побуждала к совершению проступка, было необходимо сурово наказать скаловов за совершение такого проступка, чтобы впредь им неповадно было. Итак, магистр и братья собрали сильное войско, чтобы покарать зачинщиков; когда они пришли в землю Скаловии, то прошли по ней с огнем и мечом от конца и до конца в той части, что прилегает к земле Прусской, и, перебив многих людей, увели связанных женщин и детей. Тем временем Стинегота, вождь скаловов, с [126] большим войском гнался за ними; заметив это, магистр и братья, незаметно расставив засады, напали на шедшее войско скаловов и многих из них убили, прочих обратили в бегство.

186. ОБ ОДНОМ ПРЕДАТЕЛЬСТВЕ, СОВЕРШЕННОМ ПРОТИВ БРАТЬЕВ

Был один могущественный человек, скалов по имени Сарека, кастеллян в замке Сарека 408, названном так по его имени, из той части Скаловии, которая прилегает к земле Литовской. Он, не имея рати, которая могла бы нанести удар братьям, замыслив коварное предательство, собрался, притворившись добрым, обмануть их. Ведь он послал гонцов своих к комтуру Мемельбурга, смиренно и преданно прося его, чтобы он пришел со своими оруженосцами и его, собиравшегося со всеми чадами и домочадцами, оставив идолопоклонство, принять благодать крещения, немедленно увел, ибо только рукою крепкою 409 можно увести из рук язычников. Комтур, выслушав это посольство, возрадовался радостью великою и, хотя он не мог быть вполне уверенным в этом деле, все же пожелал в надежде на пользу для стольких душ предпринять опасное и рискованное дело во имя Бога. Итак, он выступил вместе с несколькими братьями и оруженосцами, и на пути встретился ему один человек, который предупредил его об этом предательстве, уверяя, что упомянутый Сарека со многими ратниками ждет на пути, чтобы убить его и братьев. Услышав это, комтур, не желая, чтобы этот Сарека извлек выгоду от такого злодейства, обойдя его, внезапно напал на него и, взяв его в плен с восемью лучшими людьми с его стороны, увел, а остальные в страхе бежали. В первую же ночь, когда братья спали в палатках своих, этот Сарека, будучи человеком сильным, освободился от пут, которыми был стоя привязан к дереву, и, схватив меч, убил одного брата и трех оруженосцев, а еще одному отрубил руку; в этой битве он и сам был убит.

187. О ВЗЯТИИ ЗАМКА САССОВИИ 410

Брат Конрад фон Тирберг, магистр, узнав об этом, разгневался и собрал войско из 1500 всадников, а прочие пошли на 15 судах; они встретились близ замка скаловов Сассовии и, решительно приступив к его штурму, после долгого боя мощным ударом взяли его и превратили в пепел, часть людей взяв в плен, а прочих предав мечу.

188. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ЗЕМЛИ СКАЛОВИИ

Многие другие сражения велись братьями против скаловов, о чем долго было бы писать. Итак, после того, как лучшие люди этой земли, а именно господа Сурбанч, Свисдета и Сурдета, увидели, [127] что Бог страшно разгневался на них, а к братьям удивительно милостив, не решаясь более сопротивляться божественной силе, постепенно со всеми чадами и домочадцами пришли к христианам, оставив наследие предков. Простой же люд, услышав, что вожди войска их, которые вели войну, сложили оружие, также покорился вере христианской. И вот земля эта осталась обезлюдевшей на многие годы.

189. О ТРЕТЬЕМ ВЕРООТСТУПНИЧЕСТВЕ ПРУССОВ И ВЗЯТИИ В ПЛЕН КОМТУРОВ ХРИСТБУРГА И ЭЛЬБИНГА С ИХ ДРУЖИНОЙ

Когда же с бесчисленными потерями и бесконечными тревогами, не без величайших жертв среди христиан, братья вторично покорили ярму веры это дикое и неукротимое племя пруссов и думали, что наступит мир и спокойствие, внезапно постигла их пагуба 411. Ведь недруг рода человеческого, враг веры, ревнующий к миру диавол, войдя в сердца их 412, подстрекнул их к тому, чтобы они снова вступили на путь мятежа и, закоснев в пороке, пошли бы против рожна 413. Согласные с его советом, они все, кроме помезан-христиан, составив заговор, намеревались совершить зло вероотступничества. Однако никто не решался открыто выступить против братьев, кроме погезан, которые, напав с оружием в руках на комтура Эльбинга 414 и на Хельвика фон Гольдбаха, комтура Христбурга 415, и их соратников, увели их в плен. Но некто по имени Повида тут же их освободил. Капеллана, их священника, они повесили на дереве и убили одного их слугу, оставшаяся часть дружины, обращенная в бегство, едва спаслась.

190. ОБ УБИЙСТВЕ МНОГИХ ПОГЕЗАН

В то время брат Дитрих фон Лёдла, фогт самбийский, вернувшись из Алемании, увел самбов, нежно его любивших, от такого заблуждения. Когда об этом узнали наттанги и вармийцы, то и они отступили от задуманного зла, обещая в доброй вере преданно присоединиться к братьям. Итак, собрав большое войско, брат Конрад фон Тирберг, магистр, и братья вторглись в землю Погезании и, убив без числа мужчин и опустошив землю огнем и Мечом, увели в плен женщин и детей. Когда же они совершили это, то и мужчины и женщины бранили одного самба по имени Бонсе, камерария 416 волости Побетен, полагая, что он совершил это ужасное преступление, был его первопричиной и источником. Этот Бонсе хотел, не скрывая, иметь двух жен, а поскольку братья это запрещали, он, разгневавшись, подстрекнул к вероотступничеству почти всех пруссов. Посему он, как и заслуживал по Грехам его, был осужден на смерть. [128]

191. К ЭТОМУ ЖЕ

В тот же год, осенью, братья снова с оружием в руках вторглись в вышеупомянутую землю Погезании и, снова опустошив ее огнем и мечом, взяв в плен и убив всех, кроме немногих, ушедших с челядью своей в Литву, в волость замка Гарты 417, обратили ее в пустыню.

192. О РАЗОРЕНИИ ЗЕМЛИ КУЛЬМСКОЙ И ВОЛОСТЕЙ ЗАМКОВ ГРАУДЕНЦА, МАРИЕНВЕРДЕРА, ЗАНТИРА, ХРИСТБУРГА И РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА КЛИМЕНТА

В то время был в земле Кульмской один брат, Бертольд фон Нортхаузен 418, комтур провинции, который, хотя был рачительным управителем в мирных делах, однако к военному делу был менее способен (ибо способности у людей неодинаковы к разному), посему он не противостоял натиску язычников, как следовало. Вот почему судовы не раз вторгались в Кульмскую землю и, совершив великое побоище народа Божиего и опустошив землю огнем и мечом, уходили, и когда они почувствовали, что никто не дает им отпора, то дерзнули с небольшим войском враждебно проникнуть в упомянутую Кульмскую землю. Наконец магистр назначил брата Германа фон Шёненберга 419, человека, закаленного в сражениях, комтуром провинции в упомянутой земле, который оказал им мужественный отпор, ибо сколько бы раз ни вторгались судовы с небольшим войском в Кульмскую землю, он со своими оруженосцами смело выступал им навстречу и, нападая на них, побеждал в битве и, убив многих, прочих обращал в бегство, и это повторялось им столько раз и столько было убитых, что судовы больше не решались приходить без большого войска. Итак, из-за такого побоища их и весьма многих напастей, нахлынувших на Кульмскую землю, Скуманд, вождь судовов, с 4 тысячами язычников своих и силой войска литвинов мощным натиском вторгся в Кульмскую землю в день 11 тысяч дев 420 и многократно отомстил за своих. При первом натиске они мощным ударом обрушились на замок одного феодатария, называемый Пловист 421, стоящий на реке Оссе, и непременно разрушили бы его, но наконец они договорились на тех условиях, что жители замка дадут двух сведущих людей, которые проведут языческое войско через пределы христиан и обратно, и так они остались целыми и невредимыми. После этого они пошли на замки, а именно — на Редин, Липу 422, затем — на замок Вельсайс 423, предместье которого они до основания сожгли. После этого они мощнейшим ударом обрушились на замок Турниц 424 одного феодатария, а жители замка со своей стороны выступили против них, и, хотя в тот день они штурмовали безуспешно, однако провели ту ночь в осаде его. Но на другой день, когда почувствовали, что замок охраняется большим числом оруженосцев, чем прежде, они, не предприняв [129] другого штурма, отступили. После этого они пришли к замку Климента 425, принадлежавшему одному феодатарию, и, окружив со всех сторон, штурмовали его; наконец, разложив огонь, они дотла сожгли его, и в нем сгорели сто христиан, кроме женщин и детей, которых они увели в плен. Наконец они выступили против этих замков и городов, а именно — Грауденца 426, Мариенвердера, Зантира и Христбурга, и, что бы ни попалось им на пути, они или убивали, или брали в плен, или превращали в пепел. Затем с огромной человеческой добычей, состоящей из христиан и прочего, они ушли. Ни один нормальный человек не может без слез подумать о том, сколько зла и какое великое побоище народа Божиего содеяло и сколько ущерба причинило это войско святыням церкви и ее служителям.

193. О ВОЙНЕ С СУДОВАМИ И О ПОСЛЕДНЕЙ ВОЙНЕ ЗЕМЛИ ПРУССКОЙ

Когда с помощью Господа Иисуса Христа все племена земли Прусской были побеждены, оставалось еще одно, а именно — судовское, сильнейшее из всех, на которое братья не человеческой силой и не множеством воинов, но уповая на то, что Господь охранит и поможет, мужественно напали, полагая, что не только голова и прочие части тела, но и хвост врага, по назиданию Господа, предназначено принести в жертву. Итак, чтобы окончательно уничтожить своего врага, братья начали войну с землей Судовии, и вот как.

194. О РАЗОРЕНИИ ВОЛОСТИ КИМЕНОВ ЗЕМЛИ СУДОВИИ

Брат Конрад фон Тирберг, магистр, и многие братья с 1500 всадниками вторглись в землю Судовии и в волости, называемой Кименов 427, уничтожили всех людей, и, кроме убитых, которых было множество, они увели в плен тысячу человек с прочей, почти бесчисленной, военной добычей. На другой день, когда войско братьев, отступая, пришло в лес, называемый Винсе, судовы с тремя тысячами отменных людей погнались за ними; братья, мужественно напав на них со своими людьми, многих убив и смертельно ранив, прогнали их до самой границы их земли. В этой битве из войска братьев пали только шесть человек, остальные вернулись невредимыми.

195. О РАЗОРЕНИИ ЗЕМЛИ ПОЛЬШИ

В это время сильное войско литвинов вторглось в Польшу 428 и, опустошив огнем и мечом пограничье Брестское, Ленчицкое и Добжиньское, произвело такое побоище христиан, убивая и захватывая в плен, что никто не мог точно установить количества их. [130]

196. К ЭТОМУ ЖЕ; О ГИБЕЛИ 800 ЛИТВИНОВ

Вскоре после 800 всадников из Литвы разрушили в той части Польши, которая называется Керсов, 10 деревень и, убив многих христиан, ушли с большой добычей. Между тем благочестивый муж Лешек, князь краковский 429, собрав много тысяч людей, поднялся на одну гору и сказал: «Кто не из робких, пусть поднимется ко мне, чтобы ныне отомстить за поругание Распятого». Одним словом, он, как Гедеон, из многих рыцарей получил только 300 человек, с которыми пошел в сражение 430 и мужественно напал на врагов по милости Бога, который не покидает никого, уповающего на Него, и, освободив сначала пленных христиан, он учинил великое побоище врагов веры, так что из 800 человек едва ли десять спаслись бегством.

197. О РАЗОРЕНИИ ВОЛОСТИ СУДОВИИ МЕРУНИСКИ 431

Брат Конрад, магистр, всегда подвизающийся 432 за сокрушение язычников, собрав великую силу, войско всадников и пехотинцев, вторгся с всадниками в волость Судовии, называемую Меруниска, прочих оставив у входа в вышеупомянутую землю, и убил 18 господ этой волости. Из прочих людей обоего пола он убил и взял в плен 600 человек и опустошил упомянутую волость огнем и мечом.

198. О НАЕМНИКАХ 433

Чудные и необычные дела были совершены христианскими наемниками, а именно — Мартином из Голина, Конрадом по прозвищу Диавол и неким человеком по имени Стовемел, и Кударом 434 из Судовии и Накамом из Погезании и многими другими; всех их невозможно перечислить. Этот Мартин с четырьмя мужами тевтонскими и 11 пруссами захватил одну деревню в земле Судовии, взяв в плен и убив людей. И когда после долгого пути он пришел в такое место, где, отбросив все страхи, сидя за столом с товарищами своими, он подкреплялся после битвы, враги, внезапно напав на него, убили четырех его товарищей тевтонов; прочие спаслись, бросив там все, что у них было из оружия и припасов. После этого судовы сильно возрадовались; Мартин же, разгневанный, бродил по лесу, пока не созвал своих уцелевших товарищей, и поскольку они лишились всего оружия, то ему удалось, когда враги спали, выкрасть у них щиты, мечи и копья, завладев которыми он подкрался со своими людьми и убил всех на ложе их, кроме одного, которого Мартин убил, встав на его пути, когда тот думал убежать; и вот с прежней добычей и оружием упомянутых язычников и прочим он вернулся. [131]

199. К ЭТОМУ ЖЕ

Тот же Мартин с горсточкой других снова вошел в одну деревню в земле Судовии и в сумерках, когда одни были в бане, другие — за трапезой, прочие занимались разными делами, они напали на них и всех их убили. А Мартин убил в бане 10 человек, и так они забрали коней и скот и прочее, а также женщин и детей.

200. О БЕГСТВЕ СУДОВОВ

В то же время судовы, собравшись отомстить за случившееся, с небольшим войском вторглись в землю Наттангии, и, когда небольшая часть ее обезлюдела, они ушли. Братья со своими оруженосцами решительно преследовали их, многих убив и смертельно ранив; прочие в страхе бежали.

201. О БРАТЕ КОНРАДЕ, МАГИСТРЕ ЗЕМЛИ ПРУССКОЙ В ГОД ОТ РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА 1279

Брат Конрад фон Фейхтванген 435, Х магистр Пруссии, возглавлял орден один год. Когда по смерти брата Конрада фон Тирберга, магистра земли Прусской, и брата Эрнста 436, магистра земли Ливонии, убитого язычниками, послы от обеих земель обратились к великому магистру, он был дан в магистры братьям и Пруссии, и Ливонии в год от Рождества Христова 1279. Но, когда по прошествии года он почувствовал, что ему не хватит сил управлять обеими землями, отказавшись от своей должности в Пруссии, остался только магистром земли Ливонии.

202. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ВОЛОСТИ ПОКИМЫ ЗЕМЛИ СУДОВИИ

В это время по повелению магистра брат Конрад фон Тирберг-младший 437, маршал земли Прусской, собрав всю силу войска своего, вторгся в волость земли Судовии, называемую Покима 438, и, когда уходил, совершив великое разорение огнем и мечом, взяв в плен и убив многих людей, с наступлением темноты перешел со своим войском по льду то озеро, которое называется Ноготин 439. Когда же наступило утро, лед растаял, так что следы, оставленные его войском, исчезли.

203. О БРАТЕ МАНЕГОЛЬДЕ, МАГИСТРЕ ПРУССИИ В ГОД ОТ РОЖДЕСТВА ХРИСТОВА 1280

Брат Манегольд был XI магистром Пруссии два года. Он был прежде комтуром в замке Кёнигсберг 440, где совершил много добрых дел, и стал магистром земли Прусской; когда он возглавлял орден [132] уже почти два года, то, будучи призванным в капитул, после торжественного избрания брата Бурхарда фон Швендена 441 великим магистром ордена дома Тевтонского, умер на обратном пути.

204. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ЗЕМЛИ САМБИЙСКОЙ

При этом магистре брате Манегольде судовы, наказанные братьями за вышеизложенные и прочие беды, чрезвычайно разгневались и, затаив против них сильное возмущение, собрали совет, каким образом отомстить за такое угнетение, и поскольку сами они этого сделать не могли, то, заручившись помощью литвинов, решительно вторглись в землю Самбии. Братья заранее обезопасили себя от этого. Вот почему они не могли сделать ничего другого, но только в течение 10 дней прошли по пределам упомянутой земли и дома, и все, что находилось за пределами замков и укреплений, сожгли и так, потеряв убитыми пять человек из своего войска, ушли.

205. О НАПАДЕНИИ НА ЗЕМЛЮ СУДОВИИ И О ВЗЯТИИ В ПЛЕН И ГИБЕЛИ МНОГИХ СУДОВОВ

В то время как это войско язычников было в земле Самбии, брат Ульрих Баувар, комтур Тапиова с 12 братьями и 250 всадниками вошел в Судовию, и помимо прочего ущерба, нанесенного ей огнем и мечом, он взял в плен и убил 150 человек, взял в плен жен нобилей, чад и домочадцев, так что судовы здесь потеряли больше, чем нажили в Самбии.

206. О БИТВЕ БРАТА УЛЬРИХА С СУДОВАМИ

Этот брат Ульрих был воплощением мужества. Ведь он отваживался на трудные дела, на которые трус и взглянуть боялся. Он нанес судовам бесконечно большой урон. Он столько раз ходил на них войной, что магистр, опасаясь, как бы это не окончилось для него какой-нибудь серьезной неприятностью, запретил ему впредь нападать на них без его особого позволения. И когда у него спросили, почему он так суров с ними, он ответил: «Мне было все равно, что делать, лишь бы получить от них пять ран, как Христос получил за меня». Так с ним и случилось, ибо судовы наконец убили его, нанеся ему в битве пять ран.

207. ОБ ОБРАЩЕНИИ В ХРИСТИАНСТВО ОДНОГО СУДОВА И ЧУДНОМ ДЕЯНИИ

В то время один нобиль из Судовии по имени Руссиген 442, со всеми чадами и домочадцами пришел к комтуру Балги и, выразив желание присутствовать при службе, получил отказ. Узнав о причине [133] отказа, он крестился со всей челядью своей и сразу после крещения заболел и, после того как слег, послал за одним братом, священником из Балги, крестившим его, смиренно прося его соборовать. Что этот священник со всем тщанием исполнил и, осмотревшись, увидел в ногах его сделанный из дерева крест, который этот судов повелел для себя изготовить. Священник, удивившись тому, что этот, в тот день крещенный, возымел такую любовь к вере Христа, стал спрашивать, совершил ли он что-либо доброе до принятия веры? Тот ответил, что убил многих христиан; из прочего он не помнил иного доброго деяния, кроме того только, что, когда он с большим войском вошел в Польшу, один судов похитил образ Пресвятой Девы Марии, с сыном на руках, и, когда на обратном пути они стали метать копья свои в этот образ, он, сжалившись, силой отнял его и дал одному христианину, говоря: «Возьми этот образ Бога твоего и отнеси его туда, где бы он обретался в должном почитании». После чего явилась ему во сне Пречистая Дева, прекрасная ликом и в красивейшем одеянии, и сказала: «За ту услугу, что ты оказал мне в образе моем, воздается тебе в царствии Сына моего». Когда этот судов рассказал это священнику, то почти в тот же день счастливо почил в Бозе.

208. О СООРУЖЕНИИ ЗАМКА МАРИЕНБУРГ

В год 1280 замок Зантир, изменив название и место, перенесен был туда, где стоит ныне, и было дано ему название Мариенбург, то есть замок Святой Марии, к чьей похвале и славе это перенесение было совершено.

209. О РАЗОРЕНИИ ВОЛОСТИ СУДОВИИ, НАЗЫВАЕМОЙ КРАСИМА 443

Брат Манегольд, магистр, чтобы война судовская, мужественно начатая его предшественником, не затихла в его время, но ширилась бы всякий день 444, собрал всю силу войска своего и в день Сретения Господня 445 вошел в волость Судовии, называемую Красима, опустошая ее огнем и мечом. А дом этого могущественного человека Скуманда, вождя упомянутой волости, он обратил в пепел и, взяв в плен и убив 150 человек, возвратился с великой добычей. Когда это войско готово было войти в упомянутую волость, оно сбилось с пути и в этом блуждании, случившемся по провидению Господа, которым ничто не совершается беспричинно, оно рассеялось и, так войдя, заняло и разорило всю волость. В этом сражении пали брат Ульрих Баувар, комтур Тапиова, и четыре человека, а брат Людвиг фон Либенцель 446 был взят в плен. [134]

210. О ПЕРВОМ ПЛЕНЕНИИ БРАТА ЛЮДВИГА ФОН ЛИБЕНЦЕЛЬ

Брат Людвиг фон Либенцель, человек знатный и закаленный с юности в военном деле, совершил в жизни своей чудные деяния, о которых будет сказано ниже. Когда его взяли в плен, то отдали Скуманду, который очень полюбил его, ибо он храбростью своею походил на него; вот почему случилось, что он его, отныне находящегося в плену, повел с собой туда, где лучшие люди земли Судовии собрались на пир. На этом пиру один знатный и могущественный человек пытался оскорблениями и бранью вывести брата Людвига из себя. Посему он сказал Скуманду: «Ты привел меня сюда, чтобы этот омрачал душу мою дерзкими словами своими?» Скуманд ответил ему: «Я сожалею об огорчении твоем, и если отважишься, то ответь на нанесенное тебе оскорбление, а я тебе подсоблю». Услышав это, брат Людвиг воспрянул духом и убил своего соперника мечом. После брат Людвиг одним слугой упомянутого Скуманда был освобожден из плена и возвращен братьям.

211. ОБ ОБРАЩЕНИИ СКУМАНДА, ВОЖДЯ СУДОВОВ, В ХРИСТИАНСТВО

Этот Скуманд был могучим и богатым человеком в волости Судовии, называемой Красима, и поскольку он не мог сопротивляться постоянным нападениям братьев, то со всей челядью и друзьями ушел из земли своей в землю Руссии. Прожив в ней некоторое время, утомившись изгнанием, он вернулся в землю родины своей 447. Узнав об этом, братья снова пошли на него войной, столько раз тревожа его, что он наконец со всеми чадами и домочадцами подчинился вере и братьям.

212. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ВОЛОСТИ СУДОВИИ, НАЗЫВАЕМОЙ СИЛИЯ 448, И О ВТОРОМ ПЛЕНЕНИИ БРАТА ЛЮДВИГА

В то время как брат Манегольд, магистр, призванный в капитул, отправился в путь, брат Конрад фон Тирберг, маршал, со многими братьями и огромнейшим войском вторгся в волость Судовии, называемую Силия. Таким многочисленным было это войско, что оно растянулось на многие лье. Там все сооружения упомянутой волости они превратили в пепел, убив одного нобиля по имени Вадоле, тамошнего вождя, и многих других, забрали бесчисленную добычу. В этом войске брат Людвиг фон Либенцель, получивший много смертельных ран, полуживой был оставлен на снегу. После судовы, найдя его, положили на коня, так что голова и руки свешивались с одной стороны, а ноги с другой, и везли таким нелепым образом, что кровь, текущая из ран, уже свернувшаяся [135] в теле, волей-неволей бурно потекла, и так он был исцелен, как он сам воистину полагал. Этот брат Людвиг, снова мятый в плен, был отдан одному нобилю по имени Кантегерд под его надзор.

213. О РАЗРУШЕНИИ ЗАМКА ПОТТЕНБЕРГ И СООРУЖЕНИИ ЗАМКА ГИМЕВЫ

У Святополка, некогда князя Померании, о котором говорилось выше, было четыре сына: старший Мстивой, которого, как сказано, он отдал в залог, Самбор, Вартислав и еще один 449. Этот Дартислав стал братом ордена дома Тевтонского и часть вышеупомянутого княжества, которым он владел, пожаловал братьям Дома Тевтонского в Пруссии. Самбор, видя, что от части своей не может честно жить в соответствии с достоинством положения своего, отдал ее вышеупомянутым братьям, чтобы они при необходимости помогали ему и его дружине. То же сделал четвертый брат, и, чтобы это дарение было прочным и вечным, эти трое отреклись от всяких притязаний на права и имущество, которые могли быть предъявлены ими или их преемниками в упомянутом княжестве, дав об этом братьям грамоты свои, прочно скрепленные их печатями. Мстивой же, услышав это, силой занял эти три части княжества Померании и вопреки воле братьев удерживал многие годы. Наконец пришел господин Филипп, епископ Фирмадата, легат апостольского престола 450, посланный в землю Польши, которому брат Конрад фон Тирберг, магистр, пожаловался на насилие, причиненное упомянутым Мстивоем братьям Пруссии в этих трех частях вышеупомянутого княжества, и в доказательство, что он и братья имели подлинное право на них, предъявил упомянутые привилегии. Выслушав же посылки обеих сторон и отменив вышеупомянутые привилегии братьям и всем, имевшим права на эти земли, этот легат прекратил спор между ними таким образом: чтобы братья дома Тевтонского владели волостью, называемой Ванцеке, в упомянутом княжестве Померании, где ныне стоит замок Гимева 451, и тем прекратил все разногласия между ними. Вот почему в год от Рождества Христова 1283 братья перенесли замок Поттерберг из земли Кульмской, а из строений его построили замок Гимеву в том месте на Висле, где он ныне стоит в похвалу и славу Иисуса Христа.

214. О БРАТЕ КОНРАДЕ ФОН ТИРБЕРГ, МАГИСТРЕ ПРУССИИ

Брат Конрад фон Тирберг-младший, XII магистр Пруссии, возглавлял орден пять с половиной лет. Этот брат Конрад был родным братом брата Конрада фон Тирберга, вышеупомянутого магистра, [136] и оба были доблестными мужами и славными в ратном деле, и во всех делах, и так успешно шла в их руках война 452 с язычниками, что по воле их все им удавалось.

215. ОБ ОПУСТОШЕНИИ ОДНОЙ ЧАСТИ ЗЕМЛИ САМБИИ

В год от Рождества Христова 1283 800 всадников из Литвы зимой по Нерии Куршской 453 вторглись в Самбийскую землю и две ее волости, а именно Абенду 454 и Побету, разорили огнем и мечом, убив 150 христиан, и так как никто не оказал им сопротивления, все они ушли целые и невредимые. Полагают с уверенностью, что так случилось потому, что магистр и братья, заранее зная о приходе этих литвинов, ждали их с войском несколько дней; наконец, наскучив долгим ожиданием, которое задерживало их в пути дольше обычного, они разошлись и вернулись восвояси. А на другой день литвины вторглись в Самбию и, не встретив никаких оборонительных преград, учинили то, о чем говорилось выше.

216. О СООРУЖЕНИИ НЕЙХАУЗА 455 В ЗЕМЛЕ САМБИИ НА БЕРЕГУ СОЛЕНОГО МОРЯ НА НЕРИИ КУРШСКОЙ

Брат Конрад, магистр, как муж мудрый и прозорливый, полагая, что по Нерии, дороге ниоткуда не видимой, могут снова возникнуть многие тревоги и неприятности для братьев и земли Самбии со стороны язычников, заложил на упомянутой Нерии, на берегу Соленого моря, мощный замок, называемый Нейхауз, чтобы литвины не вторглись внезапно в землю Самбии.

217. О ВЗЯТИИ ЗАМКА КИМЕНОВ И ОБРАЩЕНИИ В ХРИСТИАНСТВО 1600 СУДОВОВ

В это же время этот брат Конрад, магистр, радеющий о вверенном ему деле, провел много бессонных ночей, думая, как наставить врагов веры судовов на путь истины 456. Вот почему, когда он, собрав для осуществления этого великое множество братьев и прочих воинов, держал путь в Судовию, ему встретился брат Людвиг фон Либенцель, ведший с собой Кантегерда, державшего его в плену, и 1600 человек обоего пола из Судовии, которых он, находясь в плену, обратил в веру Христа. Увидев их, магистр возрадовался и повелел им следовать в Самбийскую землю. После этого на другой день магистр с войском своим вошел в волость Судовии, называемую Кименов, и замок с этим же названием так яростно штурмовал, что жители замка при условии, что он сохранит им жизнь и имущество, наконец сдались ему, обещая принять [137] веру Христа. Посему, дав им проводника, он повелел им без промедления следовать в пределы Самбии. Но на другой день, когда, разгромив вышеупомянутую волость Кименов, братья с донском своим уходили, стало известно, что упомянутые жители замка Кименов, убив проводника своего, другой дорогой отправились в землю Литвы. Но брат Людвиг со своей свитой выступил на землю Самбии, где все возродились в источнике крещения.

218. О ГИБЕЛИ БРАТА ФРИДРИХА ХОЛЛЕ И 30 ЧЕЛОВЕК

В том же году брат Фридрих по прозвищу Холле, родной брат брата Маркварда фон Рёблинга, со 100 всадниками из замка Бранденбург пошел на Судовию, и, когда, захватив большую добычу в волости Керсов, он уходил, погнавшиеся за ним враги убили его и 30 человек. Но думаю, что не следует умолчать о том, что этот брат Фридрих перед тем, как был убит, одному доблестному воину, с которым он сразился, нанес такой сильный удар мечом по голове, что тот, не в силах устоять, упал с конем на землю, впрочем, от этого удара не имел ни одной раны на теле, не появилось и синяка, как он сам и другие судовы, участвовавшие в этом сражении и видевшие это, после того как были обращены в веру Христа, при всех подтвердили.

219. ОБ ОБРАЩЕНИИ В ХРИСТИАНСТВО ОДНОГО НОБИЛЯ И 1500 ЧЕЛОВЕК ИЗ СУДОВИИ И ОПУСТОШЕНИИ УПОМЯНУТОЙ ЗЕМЛИ

Многие бесконечные войны велись с судовами; я умолчу о них ради краткости. А после того как один человек, Иедет 457, благородный родом и нравом, могущественный и богатый, вождь судовов из Кименова, не смог больше выносить столь частых и суровых нападений братьев, он со всеми чадами и домочадцами и с 1500 людьми обоего пола пришел к братьям и был крещен. Но Скурдо, вождь другой части Судовии, презирая истинную веру, со своими людьми отправился в землю Литвы; и так земля Судовии по сей день пребывает в запустении.

220. О МИЛОСТИ, ОКАЗЫВАЕМОЙ ЯЗЫЧНИКАМ, ОБРАТИВШИМСЯ В ВЕРУ ХРИСТА

Кто бы ни обратился к вере Христа, оставив идолопоклонство, братья милостиво обращаются с ним, и вот как. Если он знатен и происходит из рода нобилей, то ему даются земли в свободное владение и в таком количестве, что он может жить приличествующе [138] положению своему; если он не знатен, то он и сам служит братьям по доселе соблюдаемому обычаю земли Прусской; разве что с достойными награды или порицания поступают по-иному. Например, незнатные, которые в вероотступничестве или при других обстоятельствах преданно примыкали к вере братьев, разве славные их заслуги не требуют того, чтобы незнатность их превратилась в благородную знатность, а рабство — в заслуженную свободу? Непременно, Господи. И соответственно этому разумей и обратное. Вот почему в земле Прусской много новообращенных, предки которых происходили из знатного рода, они же из-за своего зла, содеянного против веры и христиан, были признаны незнатными; другим же, чьи родители были незнатными, за верное служение, оказанное вере и братьям, дарована была свобода 458.

(пер. В. И. Матузовой)
Текст воспроизведен по изданиям: Петр из Дусбурга. Хроника земли Прусской. М. Ладомир. 1997

© текст - Матузова В. И. 1997
© сетевая версия - Тhietmar. 2003

© OCR - Halgar Fenrirsson. 2003
© дизайн - Войтехович А. 2001 
© Ладомир. 1997