Библиотека сайта  XIII век

Ввиду большого объема комментариев их можно посмотреть здесь
(открываются в новом окне)

ОДОРИКО ПОРДЕНОНЕ

ВОСТОЧНЫХ ЗЕМЕЛЬ ОПИСАНИЕ, ИСПОЛНЕННОЕ ОДОРИКО, БОГЕМЦЕМ ИЗ ФОРО ЮЛИО, ЧТО В ПРОВИНЦИИ АНТОНИЯ

Путешествие на Дальний Восток Одорико Порденоне

Миссия Одорико Порденоне. Францисканец Одорико Порденоне совершил путешествие в страны Востока в 1316—1330 гг., т. е. в ту пору, когда францисканский орден утратил ведущую роль в миссионерской [110] деятельности на Востоке. Быть может, именно поэтому орденская верхушка постаралась придать его миссии значение, не соразмерное с ее довольно скромными итогами. Однако по своей протяженности и по географическому диапазону путешествие Порденоне уступает (если иметь в виду европейских путешественников XIII — XIV вв.) лишь странствованиям Марко Поло.

Одорико родился в 1286 г. в селении Порденоне, близ города Фриули, одного из важнейших торговых центров во владениях Венецианской республики, но итальянцем он был лишь наполовину. Сам он называл себя богемцем; вероятно, отцом его был один из чешских колонистов 150.

Возможно, еще в ранней молодости Одорико вступил во францисканский орден. О его первых шагах на орденском поприще ничего не известно. Точно так же неясно, при каких обстоятельствах началась его миссионерская деятельность. Нет возможности даже сколько-нибудь точно установить, когда именно и с какой целью он отправился на Восток. Во всяком случае, в свое многолетнее путешествие он вышел не ранее 1316 г. Вряд ли Одорико сразу же решил направиться в Китай, куда он попал после долгих скитаний по странам Ближнего Востока и индийским землям. Вероятно, около 1318 г. он из Константинополя прибыл в Трабзон и из Трабзона не спеша двинулся через Великую Армению и Иран к “Индийскому морю” 151. Его иранский маршрут весьма извилист и трудно восстановим. Сперва он побывал в Тебризе и Султании, затем по главной транзитной дороге направился в сторону Индии и через Кашан дошел до Йезда. Но от Йезда Одорико повернул на запад и через Луристан и Курдистан добрался до Багдада. От устья [111] Тигра он морем прошел в Ормуз, а из Ормуза совершил переход в Тхану, куда прибыл весной 1321 г. Скорее всего, он появился в Индии в начале 1322 г. Следовательно, на северо-западном берегу Индостана Одорико был одновременно с Журденом де Севераком, но в дальнейшем пути их разошлись. Одорико, выкопав из земли кости погибших в Тхане собратьев по ордену, отправился в Малабар. Он прошел вдоль всего малабарcкого побережья, побывав в торговых городах Пандарани, Крангануре, Куламе, Куилоне, затем перебрался на Цейлон и из Цейлона направился в Майлапур, к гробнице апостола Фомы.

Вероятно, в 1323 г. Одорико из Майлапура за пятьдесят дней совершил переход к северо-восточной оконечности Суматры, области Аче. Эту часть огромного острова арабские путешественники называли аль-Рамни; Марко Поло и Одорико дали ей названия Ламбри и Ламори. Далее Одорико проследовал вдоль всего северного берега Суматры, посетив ряд мест на побережье Малаккского пролива. Возможно, он побывал на Андаманских и Никобарских островах, хотя, как мы в этом убедимся далее, он описал их на основании расспросов, щедро приукрасив их собственными домыслами. От Суматры Одорико прошел к Яве, а затем направился в Тьямпу и, быть может, по пути зашел на западный берег Калимантана, которому по ряду признаков соответствует страна Пантен его записок. Побывав в Тьямпе, Одорико оттуда морем прошел в Гуанчжоу. Вероятно, в Гуанчжоу Одорико прибыл в 1324 г. и оставался в Китае до 1328 г. За это время он посетил города Фучжоу, Ханчжоу, Цюаньчжоу, Нанкин, Янчжоу и около трех лет провел в Ханбалыке, где ему оказал покровительство престарелый патриарх францисканского Востока Джованни Монтекорвино. Из Ханбалыка Одорико в 1328 г. отправился в Европу, причем по непонятной причине он избрал маршрут, который привел его в Тибет через область Тяньде, откуда был родом Барсаума. Каким путем Одорико, покинув Лхасу, вышел из Тибета, сказать трудно. Можно предположить, что он в районе Черчена или Хотана выбрался на Великий шелковый путь и далее через тяньшаньские перевалы направился в Среднюю Азию и Хорасан. В начале 1330 г. он возвратился в Италию. [112]

На различных этапах этого четырнадцатилетнего путешествия у Одорико были и различные спутники. Значительную часть пути он прошел с ирландским монахом Джоном и с ним вернулся на родину.

Долгое и утомительное путешествие подорвало здоровье Одорико. В Падуе, в монастыре св. Антония, тяжело больной Одорико в мае 1330 г. продиктовал повествование о своих странствованиях монаху Гильельмо из Саланьи. Осенью того же года Одорико все же ре шил отправиться в Авиньон, чтобы испросить у папы разрешение на повторное путешествие в восточные страны. Одорико желал отправиться на Восток, взяв с собой не менее пятидесяти миссионеров-францисканцев. С невероятным трудом он доехал до Пизы, но там ему стало так плохо, что он решил возвратиться в Падую. Впрочем, быть может, не только болезнь заставила его отказаться от путешествия в Авиньон. Как раз в это время при поддержке императора Людвига Баварского против Иоанна XXII выступил антипапа Пьетро Райнальди де Вико Корбарио, францисканец, первым советником которого был генерал францисканского ордена.

Естественно, что Иоанн XXII, который и прежде не слишком жаловал орден “меньших братьев”, еще больше ополчился на него. В этих условиях не имело ни малейшего смысла добиваться в Авиньоне снаряжения францисканской миссии в восточные страны. Вскоре Одорико, предвидя свою близкую смерть, попросил, чтобы его перевезли на родину. В канун 1331 г. он покинул Падую и 14 января 1331 г. умер в городе Удине. Приор венецианской провинции францисканского ордена и местное духовенство решили нажить “моральный капитал” на покойном Одорико. Пущен был слух, что у праха Одорико исцеляются все недужные, и особая комиссия, в которой участвовал и нотариус, составила акт, удостоверяющий 27 случаев чудесного исцеления. Францисканцы объявили Одорико святым и возбудили перед Авиньоном ходатайство о его канонизации. Иоанн XXII эту просьбу отклонил: новые францисканские святые его совершенно не устраивали. Дело с канонизацией несколько затянулось: только в 1755 г. Рим официально признал Одорико “блаженным”, или, по меткому выражению Г. Юла, “полусвятым”. [113]

Восточных земель мира описание. Свое повествование Одорико диктовал, обреченный на близкую смерть. Гильельмо из Саланьи записывал его тихую, прерывистую речь, не имея никакого представления о тех дальних землях, где побывал Одорико. Поэтому запись Гильельмо оказалась весьма сумбурным произведением. В ней нередко нарушена хронологическая последовательность событий, неузнаваемо искажены имена и названия различных восточных местностей, чуждые слуху падуанского монаха. До известной степени повторилась история другого “диктанта” — “Книги” Марко Поло. В сущности, генуэзский сосед Марко Поло по тюремной камере был так же мало подготовлен к миссии литературного душеприказчика, как и Гильельмо из Саланьи.

Да и сам Одорико обладал неизмеримо большим легковерием, чем все его предшественники. Не мудрено, что его описание восточных стран было весьма скептически встречено современниками и подверглось многочисленным, порой совершенно несправедливым нападкам критиков последующих эпох. Чешский монах-францисканец Генрих Глацкий, переписывая в 30-х годах XIV в. текст одориковского повествования, заметил: если бы не был я наслышан о высоких достоинствах и святости автора, то не поверил бы ему.

В XVIII в., когда ко всем деятелям “темного” средневековья относились с крайним пренебрежением, Одорико прослыл беспардонным лжецом. Высказывались даже сомнения в том, что он побывал на Востоке. Кордье приводит в этой связи мнение одного английского автора XVIII в., которое звучит как безапелляционный приговор страннику из Порденоне: “Его описание — самое поверхностное, и оно полно лживыми утверждениями... Совершенно ясно — тому свидетельство неверные географические названия и другие вещи, — что он никогда не был в этих странах [Китае и Татарии], а навязал публике скудные данные, заимствованные из разных источников или им самим измышленные” 152.

И только во второй половине XIX в., когда европейские путешественники проникли во внутренние области Суматры и Калимантана и когда достоянием науки стали многочисленные и до той поры неведомые описания [114] стран Южной и Юго-Восточной Азии португальских авторов XVI в., честь Одорико была полностью восстановлена. Конечно, домыслов, и при этом нелепых, у Одорико много, куда больше, чем у Монтекорвино и Журдена. Но как раз те его сообщения, которые в XIV—XVIII вв. вызывали наибольшее сомнение, получили полное подтверждение в XIX и XX вв. и ныне расцениваются как свидетельства его незаурядной наблюдательности.

Высмеивались, например, его описания страны Ламбри, где “вся земля в общем владении и нет никого, кто по праву мог бы сказать: эта или та земля моя”. Ложью считалось утверждение Одорико, что в Ламбри “все женщины общие”. А между тем Одорико совершенно верно описал особенности родового строя батаков и минангкабау — племен Западной и Центральной Суматры. Соответствуют истине сведения Одорико о людях с клеймеными лицами в Самудре (Сумольтре), области, расположенной в северо-западной части Суматры. Сто лет спустя участник китайских экспедиций Чжэн Хэ, Фей Синь, описал эту землю как царство пестролицых (Хуамяньго) 153, а еще через пятьсот лет было установлено, что у батаков в ходу татуировка, причем особенно охотно они украшают ею свои лица. Сведения Одорико о Суматре чрезвычайно важны и ценны еще и потому, что они отражают один из наиболее темных периодов в истории этого острова. В XII—XIII вв. пришло в упадок могущественное государство Шривиджая, центр которого находился в районе современного Палембанга. Зато возросло значение городов и селений, расположенных в устьях крупных суматранских рек. Эти города (Аче, Ламбри, Самудра) стали центрами транзитной торговли, а во второй половине XIV в. здесь осели гуджаратские, малабарские, бенгальские купцы-колонисты и началась быстрая исламизация местного населения.

Одорико побывал в этих суматранских торговых городах в ту пору, когда они еще только набирали силу. Сопоставление его данных со свидетельствами китайских мореплавателей начала XV в. позволяет составить представление о развитии этих центров транзитной торговли, расположенных на пути из Индии в Китай. Правдивы сообщения Одорико (касающиеся Китая) о ловле [115] рыбы с помощью бакланов, о мучительной процедуре, которой подвергаются китаянки, уродуя свои ноги, и о странном обычае отращивать на мизинце ноготь чудовищной длины. Подвергались сомнению не менее правдивые сведения о страшных пиявках в озере на Цейлоне. Даже птица “о двух головах”, встречающаяся, по словам Одорико, на этом острове, оказалась вполне реальным созданием. Разумеется, у цейлонских калао одна голова, но клюв их увенчан гигантским наростом, который при некотором воображении может сойти за вторую голову.

И что очень существенно: большинство этих сведений вошло в европейскую географическую литературу только благодаря Одорико — до него об этих реальных чудесах Востока не упоминали ни Марко Поло, ни Монтекорвино, ни Журден. До Одорико ни один европеец не был в Тибете, и, как отмечает Р. Хенниг, “то, что он рассказывает о посещении Тибета и Лхасы, столицы страны, доступ в которую европейцам был запрещен вплоть до 1904 г., имеет огромное культурно-историческое значение” 154.

В целом, однако, описания восточных стран Одорико уступают географическим повествованиям его предшественников. Диктуя свои воспоминания о долгом путешествии, Одорико, видимо, был настолько болен и слаб, что ему с трудом удавалось сосредоточиться на отборе наиболее ценных наблюдений, отсеивать малосущественные детали и критически оценивать все то, что ему запомнилось. Поэтому и проникли в его повествование ручные трабзонские куропатки, псоглавцы с острова Никоверан, черепахи величиной с соборный купол; поэтому появились во дворце яванских царей золотые лестницы и крыши; поэтому так много места он отвел чудесам, сотворенным останками четырех монахов-фанцисканцев, погибших в Тхане.

История повествования Одорико. Собратья Одорико по ордену приложили немало стараний, чтобы сделать повествование о восточных странах достоянием широких кругов читателей. Благодаря этому записки Одорико приобрели в XIV—XV вв. небывалую популярность, пожалуй не меньшую, чем “Книга” Марко Поло. [116]

Бесчисленное множество списков ходило по всей Европе, причем наряду с латинскими версиями большое распространение получили итальянские и французские переводы. Кордье, долгие годы изучавший литературное наследство Одорико, описал 76 рукописей XIV—XV вв., хранящихся в библиотеках и музеях Италии, Франции, Англии и Германии. Его перечень (далеко не полный) включает 50 латинских, 18 итальянских, 6 французских и 2 немецкие копии повествования Одорико 155. Копиисты и переводчики тех времен, естественно, не имели ни малейшего представления о законах текстологии, в силу чего в различных вариантах повествования появились добавления и вставки, в происхождении которых нелегко разобраться.

Помимо копий, явно восходящих к оригиналу, писанному рукой Гильельмо из Саланьи, имеются рукописи, в которых о Гильельмо не упоминается ни словом; зато в них появляются имена редактора текста, продиктованного Одорико, монаха Маркезино из Бассано и переписчика, которому в 1331 г. в Авиньоне попала в руки эта версия повествования, чешского францисканца Генриха Глацкого.

Кроме того, есть несколько латинских и итальянских копий, в которых содержатся подробности, отсутствующие во всех прочих рукописях. Кордье считает, что эта группа рукописей восходит к какому-то первоначальному тексту, который предшествует записи Гильельмо из Саланьи.

В XVI в. появились первые печатные издания повествования Одорико, но они внесли еще большую путаницу, поскольку издатели без ссылки на рукописный источник воспроизводили различные тексты. Так, венецианец Томмазо Джунти, преемник прославленного составителя собрания материалов средневековых путешествий Джан-Батисты Рамузио (1485—1557), включил во второй том географической хрестоматии (1582 г.) две версии повествования Одорико — полную, отвечающую тексту Гильельмо из Саланьи, и “малую”, которая, видимо, соответствует самому раннему варианту повествования. [117]

Английский путешественник и издатель Ричард Хаклюйт опубликовал в конце XVI в. текст повествования Одорико, в общем довольно близкий к версии Гильельмо из Саланьи, но отнюдь ей не идентичный.

В 1529 г. Жан Сен Дени издал французский перевод повествования, выполненный в 1351 г. монахом Жаном Ле Лонгом из Ипра, причем текст Ле Лонга значительно отличается от всех прочих версий и содержит ряд добавлений неизвестного происхождения.

Наилучшие издания XIX—XX вв. основываются на версиях Гильельмо из Саланьи и Генриха Глацкого. Самым надежным следует считать издание Г. Юла и А. Кордье, составляющее том II собрания “Cathay and the Way Thither” (1913 г.). В основу его положена латинская рукопись парижской Национальной библиотеки — одна из лучших копий текста Гильельмо из Саланьи; кроме того, Кордье дал самые важные варианты всех основных версий.

Очень интересно и издание Кордье, в котором воспроизведен французский перевод Жана Ле Лонга (Н. Cordier, Les voyages en Asie, 1891).

В основу настоящего русского перевода положен текст издания “Cathay and the Way Thither”. В переводе в фигурных скобках даны основные разночтения 156.

Повествование Одорико оказало большое влияние на европейскую географическую литературу позднего средневековья. В значительной степени на нем основывались в XIV—XV вв. составители карт мира; знаменитая Каталонская карта 1375 г. и карты венецианца Фра Мауро впитали в себя топонимику Одорико. На материалы повествования Одорико опирался плагиатор и мистификатор Жан де Бургонь, который, прикрывшись именем английского кавалера сэра Джона Мандевиля, пустил в оборот записки о своем мнимом путешествии в страны Востока.

Текст воспроизведен по изданию: После Марко Поло. Путешествия западных чужеземцев в страны трех Индий. М. Наука. 1968

© текст -Свет Я. М. 1968
© сетевая версия - Тhietmar. 2003
© OCR - Ксаверов С. 2003
© дизайн - Войтехович А. 2001 
© Наука. 1968