Комментарии

102. Более полные сведения об этом посольстве содержит «Дневник» Й. Будилы: «1609 год. Польское войско послало к королю на сейм посольство с таким заявлением: "Светлейший король, милостивый государь наш! Наши братья-рыцарство с их гетманом, князем Романом Наримунтовичем Рожинским, верноподданные вашего величества, вступившие с оружием в Московскую землю для славы царя Дмитрия Ивановича Московского, заявляют вашему величеству и отечеству верноподданничество, искреннюю преданность и нижайшую покорность, желают вашему величеству доброго здоровья, долгого царствования, расширения государства, умножения славы нашего народа и устрашения всех врагов вашего величества и Речи Посполитой. Разве новость, что рыцарство государств вашего величества своими рыцарскими делами при каждом случае умножает за пределами королевства славу нашего народа, представляет ее перед глаза других государей, широко разглашает и умножает ее. Оберегая таким образом благо Речи Посполитой, оно иногда выходило за пределы государства без согласия своих государей, на свои собственные средства. Имея и давние и свежие примеры подобного образа действий, кроме того, тронутое и подвигнутое братской любовью, которая требовала, чтоб столь великое пролитие крови наших братии, замученных в Москве, где они обмануты были предлогом дружбы и обобраны в имуществе, было надлежащим образом отмщено, рыцарство вашего величества вышло за границы государства. Опасаясь, чтобы это удаление его не навлекло на него немилости вашего величества и Речи Посполитой касательно верности и преданности престолу вашего величества, сочло долгом засвидетельствовать повиновение свое вашему величеству, послало сюда нас своими послами и униженно просит вас ничего дурного не подозревать в нас и смотреть на нас, как на ваших верных подданных и честных сынов государств ваших, которые ни о чем другом не хлопочут, как только о славе и благе Речи Посполитой. Того и другого мы, при Божией помощи, достигли этим выходом нашим за границы государства. Потому что, если посмотрим на славу нашего народа, громко, как бы с горы провозглашенную всему свету, то она не только ни в чем не повреждена нами, но напротив, при Божией помощи, при счастии вашего величества и нашей предприимчивости, через разные битвы, счастливо нами выигранные, приобрела в мире бессмертие, так что, где прежде о ней мало кто слышал,итам теперь она хорошо известна и знакома; пределы ее известности упираются даже в ледовитые моря. Никто не может утверждать, чтобы эта слава не принесла пользы нашему отечеству, потому что, не говоря уже о том, что государства вашего величества, теперь уже умиротворенные, тогда пылали пламенем внутреннего разногласия и без большого вреда не могли бы вынести присутствия столь великого сборища из рыцарства, это рыцарство тогда не могло бы быть столь могущественным щитом против замыслов и войск неприятеля, уже готовившегося тогда выступить к границам вашего величества и даже уже напиравшего на них. Далее, без всяких издержек со стороны вашего величества и Речи Посполитой мы, при Божией помощи, собственными нашими средствами отомстили не только за омраченную славу нашего народа, но освободили и отпустили в отечество послов вашего величества, задержанных вопреки, обычаю всех народов в течение двух с половиной лет, и многих из наших братии, отправившихся на свадьбу царя Дмитрия Ивановича с ведома и дозволения вашего величества, из которых одни невинно были замучены, а другие до последнего времени содержались в ужасном заключении (за которых москвитяне требовали огромный выкуп). Мало того, то царство, на которое Речь Посполитая всегда обращала внимание, и того гордого врага, который всегда был пугалом для нашего отечества, мы, почти сев им на хребты, принудили к тому, что они теперь, устрашенные нами, бьют вашему величеству челом, а тот, которого они теперь носят на руках, которого мы выдвигаем на престол Московский нашею кровью и издержками, через посла своего обещает со своей стороны вашему величеству и всей Речи Посполитой — нашей матери — вечную приязнь и верную, твердую любовь. Бог даст, этими нашими делами благо отечества будет умножаться, и тем более будет процветать в счастливое правление вашего величества, милостивого нашего государя, слава нашего народа. Ободряемые этим, наши братья-рыцарство тем смелее вторично просят нижайше ваше величество, чтобы вы, взглянув королевскими очами на те походы, которые при Божией помощи счастливо нами совершаются, благоволили иметь и ставить нас в числе ваших верноподданных и собственных детей, а не в числе пасынков нашего отечества. Поэтому они нижайше просят ваше величество, милостивого нашего государя, чтобы те из них, которые, находясь в нашем войске, имеют в своем отечестве судные дела, получили вашей милостью и по дозволению всех чинов, продолжение права судиться и переносить дела свои до своего возвращения. Все рыцарство имеет твердую надежду, что и это получит от вашего величества, и надеется впредь быть у вас в великой милости, именно надеется, что ваше величество, оценив столь хорошие наши намерения, столь важные заслуги, наградите нас обычною своею милостью, отечество наградит благодарностью и потомство бессмертною славой". С этими послами от войска и царь послал к королю своего посла Лопухина-Нехорошего с заверением в вечной дружбе, на что не только царь, но и войско не получили надлежащего ответа, напротив, вышеупомянутый посол царя встретил пренебрежение к себе, уехал, не будучи выслушан, а на посольство от войска послы принесли от короля письмо, запечатанное домашней королевской печатью, и в нем король обещает прислать к войску своих послов» (РИБ. Т. 1, стб. 143—150).

103. Скопин-Шуйский Михаил Васильевич (1586 — 23 апреля 1610), князь, сын кн. В. Ф. Скопина-Шуйского, родственник царя Василия Шуйского. Стольник (1604), воевода (1606). Участвовал в подавлении восстания И. И. Болотникова. В 1608 вел в Новгороде переговоры с представителями шведского короля Карла IX о союзе против Лжедмитрия П. В 1609 вместе со шведским военачальником Я. П. Делагарди нанес поражение отрядам Лжедмитрия II под Торжком, Тверью, Дмитровом, освободил поволжские города. Снял осаду Москвы и в марте 1610 торжественно вступил в столицу. Однако вскоре внезапно умер; по слухам, он был отравлен женой брата царя — Екатериной Скуратовой-Шуйской (Абрамович Г. В. Князья Шуйские и российский трон).

104. 28 февраля 1609 М. В. Скопин-Шуйский подписал текст соглашения со шведским королем Карлом IX. Король обязался поставить России наемное войско, а взамен получал г. Корелу с уездом. 10 мая 1609 Скопин-Шуйский покинул Новгород, с ним было до 3 тыс. русских воинов и 15 тыс. шведов (Платонов С. Ф. Очерки по истории Смуты. С. 239; Бутурлин Д. История Смутного времени. Т. 2. Приложение № 8).

105. По сообщению Й. Будилы, Р. Рожинский был ранен 27 апреля (6 марта) 1609 (РИБ. Т. 1. С. 150).

106. Ср. : «Того же года, [21] 31 мая. Князь Михаил Скопин-Шуйский с Понтусом, князем Аушпурским, немецким гетманом, с 7000 немецкого войска и 14000 московского подступили к Великому Новгороду на помощь Москве. Против них послан был из большого лагеря пан Зборовский и с ним князь Григорий Шаховской с русским войском. Они прямо пошли к Новгороду; но так как на пути лежала крепость Торжок, которая перешла на сторону Шуйского, то Зборовский осадил ее и сжег город, но когда добывал крепость, на него напали передовые отряды немецкие и русские. Зборовский скоро оправился и поразил их; но добыв языки и узнав, что у Скопина большое войско, 27 июня отступил от Торжка к Твери и послал в великий лагерь за подкреплением. К нему пришли с ротами Хруслинский, Цеклинский, Белинский, Корытко, Януш Тышкевич, Калиновский; из-под Троицы Вилямовский с Руцким, из-под Осипова князь Александр Рожинский, Павала и др. » (РИБ. Т. 1, стб. 155-158).

107. Ср. ход второго сражения у р. Ходынки по «Дневнику» Й. Будилы: «Того же года, 5 июня. Шуйский, видя, что в большом лагере немного войска, выслал с гуляй-городами войско (причем силою выгонял его из города) с целью уничтожить лагерь. Гетман с войском, какое у него было, не стал дожидаться неприятеля у себя в лагере, а вышел против него из лагеря, встретил на реке Ходынке, мужественно сразился, войско его разорвало гуляй-городы, завладело пушками, пехоту и простой народ насекло и остатки их, поражая, гнало до стен. Русские, бывшие в строю под городом, видя малочисленность нашего войска и расстройство его [при преследовании русского войска, напали на него]. Наши смело встретили их, но будучи расстроены и не имея возможности устроиться, бросили не только гуляй-городы и отнятые пушки, но и свою пехоту с пушками, которую русские окружили, и одних побили, других живыми загнали в город» (РИБ. Т. 1, стб. 156 — 157).

108. Шуйский Иван Иванович (носил прозвище «Пуговка») (ум. 1638), князь, брат царя Василия Шуйского. Боярин с 1596. После свержения брата с престола отправлен в Польшу. Вернулся на родину в 1619. Возглавлял Московский Судный приказ (Абрамович Г. В. Князья Шуйские и российский трон).

109. Делагарди Яков Понтус (1583—1652), шведский полководец и государственный деятель. В соответствии с договором царя Василия Шуйского и шведского короля Карла IX прибыл в Новгород во главе 15 тыс. отряда и поступил в распоряжение М. В. Скопина-Шуйского. Участвовал в освобождении Твери (1609) от польских отрядов Лжедмитрия И, вместе с русскими войсками вошел в Москву (март 1610). Во время сражения под Клушиным (24 июня 1610) большая часть армии Делагарди перешла к полякам, а сам он с оставшейся частью ушел на север и начал захват русских земель. В 1611 им были захвачены Корела, Новгород и новгородские земли. Участвовал в шведско-русских переговорах, завершившихся Столбовским миром 1617. (Форстен Г. Политика Швеции в смутное время // Журнал Министерства народного просвещения, 1889).

110. Мархоцкий ошибочно называет месяц: не сентябрь, а июль 1609 г. Дни недели указаны верно: вторник 10 (20) июля, среда 11 (21) июля, четверг 13 (23) июля, воскресенье 17 (27) июля (РИБ. Т. 1, стб. 155).

111. Ср. : «Того же года, [11] 21 июля, Скопин пришел под Тверь. Зборовский вышел против него. Обе стороны сражались храбро. Но русские и немцы действовали врозь; русские подались; немцы, не имея подкрепления, тоже двинулись за ними и дали нам одержать победу; наши взяли в этой битве 11 пушек и 14 знамен. Того же года, 23 числа. Когда наши после этой победы беспечно стали жить в Твери, Скопин, узнав об этом через шпионов, ударил на рассвете на нашу стражу, ворвался в город и легко разгромил наших, не ожидавших нападения. Одни из наших, кто мог добежать до коней, убежали в лагерь, а другие, которые не добежали до коней, ушли в крепость и заперлись в ней. Шуйский посылал штурмовать их; четыре раза их штурмовали безуспешно, добывая их в течение полуторы недели, затем, услышав, что против них идет войско из лагеря и Сапега из-под Троицы, отступили от крепости, и направились за Волгу. . , наши тоже бросили крепость и выступили в лагерь» (РИБ. Т. 1, стб. 155 — 158, 1133; Hirschderg A. S. 235; Шепелев И. С. Освободительная и классовая борьба. С. 415 — 417).

112. «Того же года, 13 августа. Сапега и с ним опять Зборовский, Будило, Вилямовский с полками направлены были против немцев, которых 28 августа они настигли у Калязина, при реке Волге, в Никольской слободе, в остроге, в котором они укрепились. Наше конное войско нападало на них и долго выманивало их в поле, но они не хотели выйти из острога, только под самым острогом стояла их конница, которая целый день сражалась с четырьмя нашими ротами — Будилы, Чаплинского, Тышкевича, Калиновского. Наши часто вгоняли его за штакеты, некоторых вгоняли в Волгу и топили, секли. Но так как немцы были непоколебимы в своем хитром решении, не выходили в поле, то трудно было сделать им что-либо с одной конницей без пехоты. Наши, чтобы не выпустить их оттуда, расположились подле них лагерем, через несколько дней они бы и добыли их. Немцы уже от одного голода должны были бы погибнуть, потому что еще не приготовили себе в этом остроге никакого продовольствия; они только что пришли к нему, не имея с собою вовсе продовольствия, а Скопин был еще на той стороне Волги, у самого монастыря Калязинского, и ему трудно было подать им помощь и снабдить продовольствием; но из нашего лагеря от гетмана пришло известие, что его величество король приближается к московским границам, поэтому наше рыцарство не желало больше добывать Скопина с немцами и пришло в лагерь. Оно стало опасаться, чтобы его труд, которому оно отдавалось в течение нескольких лет, не обратился, со вступлением короля в ничто. С того времени войско перестало работать и слушаться. Поэтому Скопин пошел вверх, а нашим счастье изменило» (РИБ. Т. 1, стб. 158—160; Смутное время Московского государства. 1604—1613. Вып. 2. № 67. С. 77-79).

113. Король Сигизмунд III прибыл под Смоленск 19 (29) сентября 1609 (Жолкевский С. Указ. соч. С. 29; Maskiewicz. S. 111). Во время, указанное Мархоцким, король лишь приближался к Смоленску.

114 Ответ короля послы получили 16 (26) ноября 1609 (Сборник РИО. Т. 142. С. 38-47).

115. 2 (12) ноября 1609 королевские комиссары вышли из-под Смоленска (РИБ. Т. 1. С. 163, 467; Maskiewicz. S. 122; Сборник РИО. Т. 142. С. 55-58).

116. Жолкевский Станислав (1547—1620), великий коронный гетман (с 1613). С 1588 полный коронный гетман. В 1601 — 1602 руководил военными действиями против шведов. Подавил рокош М. Зебжидовского (1607). С 1608 киевский воевода. В 1609 — 1610 участвовал в походе короля Сигизмунда III под Смоленск. 24 июня 1610 в битве под с. Клушино разбил войско царя Василия Шуйского, 17 августа того же года в Москве заключил договор с боярским правительством о признании русским царем королевича Владислава. В конце 1610 уехал в Польшу. С 1618 великий канцлер. В октябре 1620 потерпел поражение от турок в битве под Цецорой и был убит во время отступления.

117. Крыйский Щенсный (Феликс) (1572 — 1618), коронный подканцлер (с января 1609), позже великий коронный канцлер. Видный оратор, писатель. Поддерживал планы короля Сигизмунда III по подготовке войны с Московским государством. На переговорах с послами тушинского войска требовал полного подчинения королю.

118. 4 (14) декабря 1609 комиссары короля прибыли в Тушино. Переговоры длились несколько недель. Король соглашался принять тушинцев на службу и назначить им жалование со дня перехода в коронное войско. Одновременно Станислав Стадницкий должен был уговорить Марину Мнишек отказаться от притязаний на московскую корону и вернуться в Польшу, где король назначал ей пожизненно доходы от Самборской экономии. Тушинцы же предлагали выделить Лжедмитрию II княжество в Московском государстве, а «царице» оставить земли, пожалованные Лжедмитрием I. Для себя рыцарство требовало уравнения в правах с коронным войском и оплаты за 3 четверти, когда король займет Москву (РИБ. Т. 1, стб. 163, 511; Сборник РИО. Т. 142, С. 56-58; Дневник Стадницкого. С. 186).

119. Лжедмитрий II бежал в Калугу 27 декабря 1609 (6 января 1610) (РИБ. Т. 1, стб. 503-504, 515-516, 522-525).

120. Осада Троице-Сергиева монастыря была снята 12 января 1610.

121. После бегства Лжедмитрия II тушинский лагерь окончательно распался. Находясь в Калуге, самозванец слал письма к войску, но гонцы были схвачены, а письма публично сожжены. 13 (23) февраля из Тушина в Дмитров бежала Марина Мнишек, под защиту Я. П. Сапеги — давнего соперника Р. Рожинского. (РИБ. Т. 1, стб. 522 — 527; Сборник РИО. Т. 142. С. 48 — 54; Бутурлин Д. История Смутного времени. Т. 3. Приложение № 2; Дневник Стадницкого. С. 186).

Эффективный и экономичный способ обеззараживания воды

Эффективный и экономичный способ обеззараживания воды.

www.npk-ekolog.ru